Преступления против правосудия полностью

В обязанности судебного пристава-исполнителя входит:

1) немедленно по получении судебного акта о конфискации имущества, приобретенного в результате преступных действий либо нажитого преступным путем, копии описи имущества и копии приговора суда проверить наличие имущества, указанного в описи;

2) передать это имущество на хранение, а при необходимости опломбировать его и опечатать;

3) принять необходимые меры для обеспечения сохранности имущества;

4) составить новую опись, которая затем утверждается судьей (ч. 3 ст. 72 Федерального закона «Об исполнительном производстве»)[780].

Обязанности хранителя конфискованного имущества аналогичны обязанностям лица, которому передано на ответственное хранение арестованное имущество.

Представляется, что все проявления иного уклонения от исполнения вступившего в законную силу приговора суда о назначении конфискации имущества можно разделить на две группы:

1) уклонение судебного пристава-исполнителя от выполнения своих обязанностей по исполнению приговора суда в соответствующей части (невнесение имущества, подлежащего конфискации, в новую опись, отказ от изъятия имущества, включенного в опись, без законных на то оснований и т. д.);

2) уклонение хранителя конфискованного имущества от выполнения своих обязанностей (отказ передать судебному приставу-исполнителю конфискуемое имущество, уничтожение данного имущества и т. п.).

Нелогично, думается, оставлять за рамками состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 312 УК, поведение судебного пристава-исполнителя, сознательно не выполняющего свои обязанности по исполнению приговора суда о конфискации имущества. Он основная фигура в этом процессе. Сутью подобного поведения является посягательство на общественные отношения, обеспечивающие обязательность судебного акта в части применения конфискации имущества, а не просто должностное злоупотребление, которое наказывается в уголовном порядке лишь при наличии корыстной или иной личной заинтересованности (ч. 1 ст. 285 УК). Другое дело, что при наличии всех признаков преступления, предусмотренного ст. 285 УК, возникает вопрос о совокупности двух названных посягательств. Но в данном случае, думается, речи о совокупности идти не должно.

Состав преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 312 УК, на наш взгляд, может быть охарактеризован как состав так называемого альтернативно-должностного преступления. И. Я. Козаченко и З. А. Николаева, давая рекомендации по квалификации подобных деяний, верно отмечают, что в тех случаях, когда в законе не содержится прямого указания на возможность совершения преступления должностным лицом с использованием служебного положения, но это с очевидностью вытекает из содержания диспозиции данной нормы, предпочтение должно отдаваться альтернативно-должностному составу[781]. Хотя в ч. 2 ст. 312 УК прямо не указывается на возможность совершения преступления должностным лицом с использованием служебного положения, но эта возможность прямо вытекает из закона, ибо, как было выяснено, обязанность исполнить приговор в части конфискации имущества прямо возложена, прежде всего, на должностное лицо — судебного пристава-исполнителя.

В реальной действительности возможны такие формы поведения граждан, которые значительно затрудняют исполнение приговора суда о конфискации имущества, но при этом не могут рассматриваться в качестве уклонения от исполнения обязанностей по исполнению, поскольку виновные в таком поведении никакими специальными обязанностями по исполнению приговора о конфискации имущества не наделены. Подобным лицом может, в частности, оказаться осужденный, создающий препятствия для деятельности судебного исполнителя или хранителя имущества. В этой связи правомерна постановка вопроса о необходимости регламентации в ч. 2 ст. 312 УК ответственности не только за уклонение от исполнения приговора суда о назначении конфискации имущества, но и за воспрепятствование его исполнению, поскольку таковое по уровню общественной опасности аналогично анализируемому посягательству. В частности, в плане причинения вреда объекту посягательства, предусмотренного ч. 2 ст. 312 УК, нет большой разницы между действиями по уничтожению конфискуемого имущества, совершаемыми лицом, которому данное имущество было передано на хранение, и уничтожением этого имущества, скажем, осужденным, который хранителем имущества не был назначен.

Для данного преступления, как и для других преступных посягательств против правосудия, характерна умышленная форма вины. При этом содержанием умысла виновного должны охватываться свойства объекта и предмета преступления, фактическая сторона совершаемого деяния, его незаконный характер и собственное правовое положение виновного в отношении исполнения приговора о назначении конфискации имущества.