Преступное бездействие полностью

Исполнимость юридических обязанностей актуализируется и в самой крайней форме — форс-мажоре под законодательным названием «физическое или психическое принуждение»[320]. Данная ситуация чаще всего приобретает форму вынужденного бездействия. Причинитель опасно проявляет себя при искаженной (ограниченной или парализованной) воле. Фактически физическое или психическое принуждение диктует обязанному лицу воздержание от юридических обязанностей и тем самым уводит его из-под уголовно-правового влияния.

Физическое насилие в физическом же толковании представляет собой непосредственное контактное воздействие на организм человека (побои, истязания, связывание или другие способы лишения возможности производить телодвижения или действия, болевая демонстрация намерений причинить смерть, порезы жизненно важных органов и тканей, имитация удушения и пр.) и может вызывать значительную боль, нарушение анатомической целостности тела, утрату функций организма. Социально-правовой же аспект заключается в том, что лицо, которое испытывает интенсивное физическое воздействие, вынуждено действовать либо бездействовать вопреки собственным расчетам и пониманию дозволенности поведения и причиняет вред другим лицам под существенным диктатом настоящих посягателей, т. е. используется как простое орудие чужой злой воли.

Психическое насилие также нацелено на волевую сферу потерпевшего, но механизм и результативность его иные. Оно осуществляется путем угроз, понуждения к выполнению приказов и команд, но без прямого контактного воздействия на тело принуждаемого, имеет своим назначением сломить волю потерпевшего, сделать его орудием выполнения своих целей. Психическое насилие может быть сопряжено и с незначительным физическим воздействием (для придания большей убедительности своим требованиям действовать либо бездействовать по навязываемому плану).

В большинстве случаев физическое и психическое принуждение приводит к бездействию обязанного лица (посредством связывания, временного лишения или ограничения свободы, лишения профессиональных орудий труда или доступа к месту выполнения необходимых по обстановке действий), в результате чего вынужденно причиняется существенный вред правоохраняемым интересам. Реже, как правило, посредством сильной боли и только при физическом принуждении, человек понуждается действовать, то есть вести себя активно (подписывать явно незаконные приказы или отдавать подобные же распоряжения, разглашать конфиденциальную информацию и пр.).

До последнего времени и психическая, и физическая формы насилия рассматривались в уголовном праве в рамках учения об объективной стороне состава преступления, как разновидность форс-мажорных обстоятельств[321]. Действующий УК РФ, напротив, рассматривает насилие в первую очередь с субъективной стороны: оно делится на виды в зависимости от сохранения способности принуждаемого действовать избирательно. Закон не делает различия для судьбы принуждаемого лица по признаку навязанного ему способа поведения — активного или пассивного. Это значит, что общественно опасное бездействие, порожденное непреодолимым физическим принуждением, уголовной ответственности не влечет, а вызванное преодолимым физическим и всегда преодолимым психическим насилием пассивное поведение оценивается по меркам крайней необходимости (ч. 2 ст. 40 УК).

Исполнение юридических обязанностей имеет еще одну грань, формализованную служебными отношениями. Жизнь гражданского общества (семья, производство, административная служба, сфера досуга и пр.) объективно строится на принципах не только субъективно-разумной, то есть самостоятельно испытанной или лично проверенной, но и властной организации — на началах подчиненности, субординации, разделения труда в форме разграничения полномочий между участниками общественного взаимодействия. Приказы, распоряжения, предписания, требования по службе конкретизируют законы, реализуют власть, создают или поддерживают обстановку стабильности в обществе и режим законности в государстве.

Административные или дисциплинарные указания могут вторгаться в сферу частных прав, реализацией полученных по службе предписаний исполнитель (подчиненный) может причинить вред правоохраняемым благам. Как бы совместное с начальством зло должно быть оценено с позиций индивидуальной ответственности. Эту задачу как раз и решает самостоятельный институт уголовного права, предусмотренный в ст. 42 УК РФ. «Бездействие по приказу», причинившее опасные последствия, не считается преступлением. Этот регламент (ч. 1 ст. 42 УК) как общее правило справедлив и неизбежен. Соображения дисциплины в обществе в целом важнее издержек при выполнении конкретных управленческих решений.