Преступное бездействие полностью

Многие посягательства, в том числе совершаемые в пассивной форме, готовятся долго, по различным причинам до конца не доводятся, причиняют реальный ущерб или только создают его угрозу, в силу длящегося характера в оконченном состоянии «ожидают» легального окончания. Эти обстоятельства позволяют обосновать еще одну классификацию бездействия, которая возможна лишь на уровне так называемого общего состава преступления, то есть имеет сугубо теоретический интерес. Она базируется на научных исследованиях преступного и, что чаще, посткриминального поведения[313]. Отталкиваясь от них и руководствуясь этиологией преступного поведения, можно различать: а) бездействие на предпреступном уровне (деликты создания опасности) и б) бездействие на посткриминальном уровне (деликты оставления в опасности). Иногда законодатель объединяет оба вида пассивного поведения в один состав (ст. 125 УК), чаще же они функционируют раздельно (например, ст. 145, 156, 157, 177 и др.).

С попытками классификации преступного бездействия по способу или по его законодательному наименованию пока повременим, поскольку в одной из следующих глав будет проведен анализ статей УК, допускающих бездействие как форму преступного поведения. Можно лишь с большой долей уверенности утверждать, что наиболее часто встречаются и порицаются ситуации длительного неисполнения своих служебных или профессиональных обязанностей. Именно они завершаются катастрофами. Вот как вспоминал о причинах крушения царского поезда в 1888 г. и своем участии в расследовании великий А. Ф. Кони. «А в чем именно вы их будете обвинять? — спрашивает Александр III. — Об умысле произвести крушение, — отвечал я, — не может быть и речи, но есть налицо все признаки самой преступной небрежности, тем более непростительной, что обязанности почти всех виновных в ней были точно определены». И далее: «Если характеризовать все происшествие одним словом, независимо от его исторического и нравственного значения ..., то можно сказать, что оно представляет сплошное неисполнение всеми своего долга»[314].

Условия исполнимости юридических обязанностей достаточно хорошо известны. К ним относятся: совершенное законодательство, нравственное здоровье страны, справедливое распределение прав и повинностей среди населения, надежные и постоянно работающие способы информации о юридических обязанностях, как общегражданских, так и индивидуальных. В крайних случаях (а может быть, и в нередких случаях, ибо в нашей стране «право всегда нуждалось в механизме контроля и жесткого принуждения» из-за особенностей общественного правосознания и психологии россиян[315]) используется и государственное принуждение.

В названном (и основном) аспекте понуждение для исполнения обязанностей и пресечения иных форм бездействия предполагает строгие процессуальную форму и судебный приговор. Уголовная ответственность — экстравагантное напоминание о юридических обязанностях и завуалированное приглашение к их выполнению. Но возможны и досудебные (правомерные) принудительные акции к бездельникам, созидающим или не блокирующим опасности. Первым в отечественном праве поднял эту проблему В. И. Ткаченко[316]. Он же попытался разместить новую меру в наличном нормативном материале и определил место принуждения к обязанности в группе обстоятельств, исключающих преступность деяния. Разгорелась дискуссия, в ходе которой обсуждалась и проблема использования необходимой обороны от общественно опасного бездействия как проторенного русла, как легального основания для принудительного напоминания об обязанностях.

Мы[317] и В. И. Ткаченко[318] таковую возможность отрицали, ибо утрачивалось генеральное предназначение необходимой обороны — пресекать или предотвращать посягательства. Противоположную позицию отстаивал С. Ф. Милюков[319], но и он пришел к мнению, что принуждение к действию для выполнения правовой обязанности является нетипичным проявлением необходимой обороны. Поэтому наиболее приемлемо предложение о канонизации принуждения к выполнению правовой обязанности в качестве самостоятельного обстоятельства, исключающего преступность деяния, и включении его в гл. 8 УК РФ. К тому же, дополнение государственных (процессуальных, запоздалых) мер борьбы с бездействием усилиями частных лиц (выполняющими к тому же профилактическую роль) весьма благотворно скажется на правопорядке, послужит важным мотивационным знаком и бездельникам, и активистам-гражданам.