На этот раз Армия собиралась не так быстро. Солдатам страшно не хотелось вылезать из палаток, отходить от костров. А зимнее обмундирование они, конечно же, с собой не взяли… И тем не менее, близость врага всех воодушевила. А летнее солнце, выглядывало сквозь рваные тучи и более-менее прогрело землю.
… — Хотя бы, десяток пушек нам… — с тоской в голосе прогундел Арита.
Гванук зло покосился на друга. Это и так понятно, лучше бы что-нибудь дельное предложил.
Узкое ущелье (не сильно-то и глубокое, но какое-то всё неудобное, изрезанное) перегораживал замок. Тоже не особо большой. Старый. Он весь как бы врос в местный рельеф; стены и башенки прыгали по ложбинке, гордо выпячивались на взгорках и словно врастали в скалы. Вот в этом неведомом замке и засел Жан де Монфор. А за замком спряталась всё его воинство. При желании, забравшись на утесы, можно было рассмотреть многочисленные шатры и штандарты, которыми усеяли долину бретонские рыцари.
— Я бы эти горы непроходимыми не назвал, — фыркнул коротышка Торо. — Женихи спокойно обойдут замок… Небольшими группами.
— Ну да… Головорезы, ну, часть из них, тоже перелезет через скалы, — кивнул Гванук. — А толку? Конница, щитоносцы — все останутся здесь. Армию разделим, а бретонцы по частям будут спокойно бить наши «небольшие группы».
Ситуация выходила неприятная. Нужно было генеральное сражение (как всегда и наставлял генерал), но герцог де Монфор явно не имел к нему желания. Видимо, так перепугался прихода Пресвитерианцев…
— Ну, пусть тогда сидят там, — беспечно махнул рукой Торо Минэ. — Я же правильно понял, что ущелье глухое? Их там многие тысячи. И людей, и лошадей. В любом случае, они оголодают раньше нас — мы-то можем грабить округу! Так что выйдут! Выйдут, а мы им устроим…
Самое удивительное, что полковник егерей оказался прав. Предложение Торо Гвануку сильно не понравилось. Но лучшего не было. Так что Женихи оседлали горы, чтобы ловить беглецов, а Самураи принялись зачищать округу на предмет еды и фуража. И в такой рутине прошло пять дней. За эти дни случилось лишь одно событие, запомнившееся бригадиру О — его пытались убить.
Стемнело намного раньше, чем обычно: небо опять затянули темно-серые низкие тучи, свисавшие над головами лохмотьями. Полился мерзкий холодный дождь (чуть ли не мокрый снег!). Солдаты мучительно боролись с кострами, которые так и норовили затухнуть — в общем, всюду царил мрак. Гванук, по заведенной давно привычке делал обход караулов; подбодрил очередного задубевшего дозорного родом из южного вечно теплого Цейлона.
И паренек вдруг испуганно округлил глаза, увидев нечто страшное за спиной своего командира! Бригадир О резко обернулся, хватаясь за хвандо, и тут же почувствовал резкую боль. Маленький цейлонский негодяй моментально всадил в него узкий нож! И целил грамотно — в подмышку, где нет защиты… Но отяжелевший от влаги плащ и неверные сумерки помешали ему прицелиться. Лезвие рассекло кожу, но не вошло глубоко.
В следующий миг вокруг стражника-убийцы была уже куча мала. Крики, ругань, глухие стоны. Цейлонец не дался врагам. Что он сделал — так и осталось непонятно, но в руках верных Головорезов остался лишь остывающий труп.
— Снимите доспех, сорвите стеганку, — резко приказал Гванук.
Он не ошибся: на смуглой груди караульного лежала потемневшая медная подвеска с кривеньким изображением лошадки.
Убийца-шиноби.
«Интересно, — как-то подозрительно равнодушно задумался О. — Это он по своему почину на меня напал? Или, пока мы тут стоим, его нагнал приказ из Иля?».
Увы, не спросить уже. Да шиноби и не расскажут.
«Да не особо-то и интересно» — хмыкнул Гванук и даже не стал распоряжаться об усилении стражи. Он не генерал всё-таки. Его дело война, он готов умирать.
А война — вот она! Через пять дней ворота замка распахнулись, и оттуда пошла латная конница. Рыцари шли немного торопливо, но степенно.
— Дают понять, что идут на честный бой, — усмехнулся Арита, когда разведка сообщила о появлении врага. — Мол, хотим честь по чести, строй на строй. Дадим им это?
— Разумеется, — злобная улыбка Гванука поползла влево и вверх. — Это ведь и есть наша цель: прихлопнуть их всех разом, а не гоняться по всей Бретани.
— Странно, что они этого не понимают, — нахмурился глава Самураев. — Отсидеться за стеной — что может быть лучше?
— Не обязательно, — отмахнулся бригадир О. — Они же не знают, что за нами не идет вся остальная Армия с десятками пушек. Поэтому лучше бить врага, пока его мало.
Он читал врага насквозь. Трусливый де Монфор не вызывал у него ни капли страха.
Бретонцы выстраивались очень долго. Передовые сотни всё намекали, что им надо бы встать подальше от стен замка, где пошире — Пресвитерианцы проявляли максимум вежливости и отходили (раз глупцы сами хотят подальше отойти от спасительных стен, за которые можно сбежать — зачем им мешать?). Время тоже шло на руку Гвануку: можно было подтянуть всех Женихов с гор и фуражировщиков с округи.
