— Я — будущая Жрица? Что? — сообразить, что к чему, с все еще больной головой было немыслимо.
Адам почему-то не вмешивался и не пытался объяснить, предоставив все женской компании, отчего-то напрягающей меня. По крайней мере, пока рука Адама сжимает мою, я не буду стараться сбежать и попасть обратно, в Вудбридж.
— Ты же понимаешь, что тебя привели домой не зря, Женевьева? — снова заговорила женщина. — Меня зовут Ангелина, я — ныне правящая Королева Цериуса, а ты — моя будущая Двенадцатая Жрица, завершающая круг. Перед тобой стоят одиннадцать других моих Жриц, тебе предстоит знакомство с ними и с замком.
Я кивнула, не особо понимая, что от меня требуется. Было лишь желание остаться с Адамом наедине, чтобы поговорить и решить, что делать дальше. Я никому не могла доверять, кроме него.
— Королева Ангелина… Могу я попросить оставить нас с Адамом наедине?
Я стеснялась выгонять саму Королеву, но как еще поступить, так и не придумала, поэтому наблюдала, как вытянулось лицо женщины от удивления, а затем весь этот странный женский коллектив покинул комнату.
Срочно нужно разобраться, что со мной произошло и как быть. Сердце сковал необъяснимый страх, и ужасно захотелось оказаться дома, в своей теплой и уютной кровати, но сдаваться так просто я не собиралась.
— Адам, что я пропустила?
Брюнет поставил ладони на колени, а затем поднялся, принявшись расхаживать по комнате. Между нами царило напряжение, причину которого я пока не находила.
— В общем-то, я и сам не особо в курсе здешних порядков, — выдохнув, наконец произнес Адам. — У тебя случился обморок от недостатка силы. Перемещение отняло много энергии, и ты сразу же оказалась под палящим солнцем…
Я сощурилась.
— Причем тут солнце?
— Ты — их Двенадцатая Жрица. Жрица Ночи и Луны, Женевьева.
От удивления брови самостоятельно поползли на лоб, а рот приоткрылся. Тот странный белый свет, похожий на потусторонний, оказался проявлением моей силы. Выброс различных эмоций и адреналина вызвал настолько мощную реакцию, что сокрытая способность решила показать себя и ослепить всех.
— Я этим дамочкам сначала не поверил, но деваться оказалось некуда. Что я мог поделать с тобой на руках посреди другого мира?
Брюнет развел руками и приблизился, касаясь кончиками пальцев моих растрепанных темно-русых волос. Уверена, видок был не из лучших, если у меня до сих пор не нашлось сил встать с достаточно красивой и мягкой постели.
— А кто же ты, Адам? — проявила интерес я, призывая сесть рядом хлопками по кровати.
Понаблюдав за ним пару минут, я поняла, что парень полностью растерян и, возможно, напуган. Все эти перемещения, обмороки, замок, странные люди совсем выбили нас из колеи. Казалось, он потерял себя и не понимал, что ему нужно делать.
— Здесь я Константин, Первый Воин Короны. Почему-то они называют нас вторыми именами. Я обязан защищать тебя в первую очередь, а вообще, всех и вся.
Огромная ответственность легла на его крепкие мужские плечи, но даже они начали терять силу под таким давлением. Эти люди чего-то хотят от нас, это более, чем очевидно, но посвящать в дела Цериуса не спешат.
— Если ты не против, то я продолжу называть тебя настоящим именем, Адам, — сделав акцент на последнем слове, попросила я в надежде сохранить хоть какую-то частичку дома, теперь такого далекого.
Парень кивнул, и я поспешила притянуть его к себе, сжимая в объятиях трясущимися руками. Поддержка просто необходима, и он столько раз бескорыстно давал мне ее, сейчас я должна вернуть должок. Брюнет быстро приподнял и усадил к себе на колени, обвивая руки у моей талии.
— Ты такая растрепа сейчас, — тихо усмехнувшись, подметил парень. Уголок губ приподнялся в милой мальчишеской полуулыбке, я провела рукой по его мягким волосам цвета горького шоколада, наслаждаясь теплом и заботой.
В голову резко ударило осознание важности Адама в моей жизни. Я постоянно отталкивала его, относилась с недоверием, подвергала слова сомнению и испытывала, раздражала вечным скептицизмом, а если бы он не выдержал и ушел, то только в колледже до меня бы дошло, что к чему. Я бы «варилась» в этом дерьме одна, постепенно сходя с ума, или пила бы чертовы таблетки, уничтожающие сознание и делающие из мозга желе. Без помощи Адама и его заботы, мне бы никогда не хватило смелости пройти через все испытания.
— Спасибо, что ты со мной, — я сильно сжала руку брюнета, утопая в каре-зеленых глазах и становясь гораздо чувствительнее к прикосновениям.
— Я не могу объяснить это чувство, но ты для меня дороже всех. Мне так сильно хочется позаботиться о тебе, твоей безопасности. Я готов на многое ради этого, уберечь тебя любыми силами.
Эти слова заставили сердце остановить работу на несколько секунд. Лицо Адама стало серьезным, и я понимала, что сказанное — чистая правда.
— Но…
— Да, знаю. Ты не позволишь мне спасти себя вместо мамы, она — выше любых людей, но я бы спас тебя, не думая. Не могу объяснить.
Я не стала допытываться, понимая, что логичного пояснения все равно не будет.
