Созидатель, кивнув в ответ, отходит вглубь зала. Там, за небольшой занавесью оказываются манекены с одеждой. Платья, брюки, юбки, блузы. Все невероятного кроя. Плавные линии прослеживают изгибы человеческого тела, трансформируя общий вид в еще более изящную форму, невероятную для пластики человеческого тела. Каждый шов проходит так, что перекрывает главные витальные линии тела. Материал….он и легкий и невероятно прочный…
— Как доспехи, — говорю вслух, не в силах сдержаться.
— В некотором плане да, — отзывается Милидар, — развитый мир не терпит явности. Даже доспехи должны выглядеть безобидными, а оружия украшением.
Мы покидаем мастерскую Вехмира, защищенные его творениями.
— Теперь ты сможешь сопровождать Патрона, — говорит Высшая, немного восстановив силы, — со мной ты будешь видеться не часто. У нас есть всего год.
За это время она, постепенно, перельет в меня столько сил, сколько необходимо.
Патрона я дожидаюсь, вполне спокойно и принимая свою роль. Вместо приветствия он быстро замыкает поцелуй, прижимает к себе. Мое место заключения уже становится для меня желанным альковом, функция наложника — воплощением жизни. Разрушения тела уже не мучают, наоборот, укрепляют физическое тело, активируют функции, которые помогают связывать энергию Милидар и Патрона.
Я сопровождаю его на встречах, на равных веду дела. Заключаю договоры, которые закладывают основы для уничтожения мира. Стою за его спиной, когда он выносит важные решения. Впитываю его энергию каждую минуту своей жизни.
Чем больше мы видимся с Милидар, чем больше она передает мне энергии, тем меньше остается от меня в моем сознании. Тем чаще я замечаю, что Патрон в моменты контакта проявляет неизвестные мне показатели в своей матрицы. Неизвестные, потому что они не должны возникать при взаимодействии с наложником.
— Это опасно, Милидар, — решаюсь сказать о своих наблюдениях, когда в очередной раз нахожусь в изоляторе Вехмира с Высшей, — если кто-либо заметит отголоски этой энергии, ваш план не удастся. Все будет зря.
— Ты знаешь, что это? — Милидар расчесывает мои волосы, собираясь делать прическу. В этот вечер мне предстояло сопровождать Патрона на официальной встрече функционалов.
— Нет, я не должен знать, — отвечаю ей честно.
— Верно. Так вот, Алури, я расскажу тебе. Это чувство люди называют любовью. Для нас это чувство действительно запретно.
— Почему?
— Именно оно рождало совершенных деманонов.
— Тогда это тем более опасно! — поворачиваюсь к ней.
— Не с тобой. В тебе оно растворяется, напитывая новый реликт. Последствия скрываются основной функцией. Не бойся.
Она целует меня в лоб, передавая еще одну порцию своей силы. Предпоследнюю.
Вечером вместе с Патроном я отправился к месту встречи. Мой доспех в этот раз был гораздо мощнее предыдущих — роскошное платье укрывает тело, украшения сковывают шею и запястья, усиливали его. Волосы, уложенные в высокую прическу, усыпаны кристаллами-блокаторами.
Здание из стекла и света, было местом сборов. И множество функционалов могли увидеть и разрушить план Высших. Я был воином, противостоящим армии. Я был одинок на этой битве. И не желал проиграть.
Роскошь и обходительность были враждебной средой. Внимание и вежливые обращения — опасным оружием.
— Мы входим в последний этап, — Высший Распределитель не на долго составляет нам компанию, — Вы готовы, Патрон?
— Вполне. Все необходимые приготовления сделаны.
— А несравненная Алури станет посланником смерти этого мира? — говорит он, обращаясь ко мне, — вашей изящной рукой будет нанесен последний удар? — он берет мою ладонь, прижимаясь к ней губами.
Тут же отдергиваясь — браслет создавал небольшое энергетическое поле на моих руках.
— Я просто закрою этот мир, — улыбаюсь в ответ на его удивление, — этот процесс не стоит поэтических сравнений.
— Хм, верно, — говорит он, — прекрасные украшения. Вехмир проделал большую работу.
Он отходит. Догадался ли Высший, понять сложно. Но он явно не хотел разглашения. Патрон тоже спокоен и я не проявляю своих переживаний. Но потом, звучит музыка.
— Хотел бы поздравить тебя, — Леред, Высший Лекарь подходит, заставив меня вздрогнуть. Тот, кто управляет энергией тел, может распознать, что мы сделали, — ваша работа идет к концу. Не смотря на наши разногласия, я рад был работать в команде с вами, — поворачивается ко мне, — и отдельно хочу выказать свое восхищение мастерством вашего энгаха. Признаюсь, ни кто не ожидал от такого слабого функционала столь внушительных результатов, — делает легкий поклон, — не обижайтесь.
— Благодарю, Леред, — Патрон тоже говорит непринужденно, хотя я вижу, что он пытается скрыть свои переживания, — мне так же было хорошо работать с вами. Забудем разногласия.
— Принимаю, — улыбается старец-Лекарь, — вы не против составить мне компанию и обсудит некоторые детали. А мой помощник развлечет пока вашего энгаха.
Элед тут же подходит, кланяясь Высшему. Патрон только сжимает мою ладонь. Отказать он не может, это вызовет подозрение.
— Окажите мне такую честь, — отвечает он Лерду.
