— Глупый маленький энгах, да у тебя есть кроме основной есть и второстепенные функции, но потакать им ты не обязан, — он обходит ванную, садясь на скамью сбоку от меня, — чем тебя так разозлили, что ты превратил целое поле в могильник? Да еще обрек сотни энергоформ на мучительную смерть?
Откуда Варду известно и о сотворенном мной памятнике и о разрешении на аннигиляцию эфелинов, мне не известно. Но я и не удивлен услышать обвинение.
— Светлые продолжают искать способ забрать меня себе, — говорю, вдруг вспомнив, что я в купальне не просто так и начинаю тереть себя губкой, — кроме прочего, они нашли способ влиять на меня и проникать в мою память. Судя по всему, поверхностно, но все же…
Вард неожиданно перехватывает мою руку с губкой, проводя сканирование.
— Нет, не память, — говорит он, отпуская меня, — они стали видеть твои переживания. Их хорошо видно из-за возросшей связи с оболочкой.
Это меня успокаивает, но не сильно.
— Что же мне делать, Вард, как защититься от них?
Лекарь в ответ смеется, чем вводит меня в недоумение. Ведь я просил о помощи, а не шутил.
— Спрашиваешь меня? Это не я самый опытный функционал взаимодействующий со светлыми, — но встретив мой взгляд, становится серьезнее, — понижай связь с оболочкой. Так твои чувства не будут им видны.
Я благодарю за совет.
— Вард, я не хочу аннигилировать отступников, — говорю ему, вспоминая о другом источнике беспокойства, но Патрон дал мне разрешение испытать на них мою функцию.
— Разрешение, это не обязательство, Алури, — говорит он, вставая, — решать тебе, я уже сказал об этом.
Вард уходит, я же заканчиваю омовение, но стоит мне начать одеваться, как входит младший функционал.
— Хозяин просил передать вам, — с положенным поклоном обращается он ко мне.
Я принимаю принесенное, понимая, что это одежда. Более легкая, чем та, что была на мне прежде. Я благодарю младшего, одевая новое облачение. Тонкая ткань обтягивает ноги выше колена и руки до плеч. Легкая накидка-платье прикрывает тело. Слишком изысканный наряд. Возможно, Милидар сегодня займет мое тело. Именно так я был одет, когда она должна была явиться к Патрону через меня.
Несколько опечаленный такими догадками, я иду к покоям Высшего и дожидаюсь его почти до наступления вечера. Если мою функцию будут использовать без моего контроля, то я не узнаю всех ее возможностей.
— Ты снова беспокоишься, Алури, — Куратор заходит, когда небесный свет уже иссякает, — в чем причина?
Я сижу на ложе, но вздрагиваю, когда Патрон входит.
— Возможно, я не подготовлен, Куратор. Милидар должна прийти?
— Почему ты так решил?
Я невольно осматриваю себя, потом уже понимаю, что в ауре Патрона появляется отсвет печали. Я не хотел расстроить своего Хозяина и Куратора. Потому сразу же встаю, прося извинений.
— Здесь нет твоей вины, — прерывает меня Высший, — я сам сказал тебе всего. Нет, никого ждать не стоит, Алури. Мне нужна твоя функция в твоем исполнении.
Я подтверждаю, что понял и жду следующих указаний. К своему сожалению не вижу ни одного оружия в пределах доступности.
— Повреждений не понадобятся, — разрешает мои сомнения Хозяин, — твое восприятие изменилось, поэтому тебе нужно прежде привыкнуть к нему.
Патрон обхватывает меня за талию, приподнимая и ставя ногами на ложе. Я оказываюсь немного выше его. Осторожным движением Патрон спускает с моих плеч накидку, которая соскальзывает, обнажая тело. Губы Хозяина моей функции прикасаются к груди, сжимая ее чувствительный участок. От этого и от неожиданности я вздрагиваю, не успев подавить вздох. Оболочка начинает дрожать от такого воздействия, передавая в матрицу смещение к состоянию экстаза. От такого резкого воздействия я забываю подключиться к матрице Высшего, чтобы контролировать процесс. Но когда я делаю попытку сделать это, Патрон закрывает ее от меня.
Я не знаю, почему это происходит, потому принимаю за свою оплошность. Но Хозяин останавливает и вторую мою попытку.
— Не бойся, Алури, — говорит он, укладывая меня на ложе, — сейчас я буду контролировать контакт.
Это несколько настораживает, но ничего, кроме как принять решение хозяина я не могу сделать. Тем не менее, меня ограничивают не только в энергетической, но и физической активности. Платье было сброшено еще сначала, но одеяния на руках и ногах остались. И мне стало понятно зачем. Ткань защищала кожу моей оболочки от повреждений. Тонкие ремни прикрепили мои руки к изголовью ложа, ноги же, оставленные свободными, однако, тоже были оплетены ремнями в щиколотках.
Мне это что-то напомнило.
— Мне не стоило поступать так со светлым, Патрон? — спрашиваю его, когда мой Хозяин закончил приготовления, собираясь начать контакт. Я ясно послал ему образ связанного между стоек тела эмиссара, чтобы уточнить свой вопрос.
