Превосходство Борна полностью

– Птичий заповедник, по-видимому, всего лишь одно из возможных прикрытий. Когда я упустил нашего приятеля в Лоуву, он уехал на таком же фургоне, только принадлежавшем другому заповеднику. Я думаю, что это не только прикрытие, а средство опознавания при установлении контакта. Кроме того, сами заповедники являются хорошим местом для проведения тайных встреч, когда любое постороннее присутствие более чем нежелательно. Но, как бы то ни было, а интересуют нас не уединенные места, населенные пернатыми созданиями, а всего-навсего один человек… Я думаю, что нам следует разделиться, но находиться постоянно в пределах видимости. Я пройду прямо…

– Нет, теперь ничего этого уже не нужно! – перебил его Француз. – Вот наш человек!

– Где?

– Отойди немного назад! Вот сюда, в тень от грузовика. Теперь видишь?

– Который?

– Видишь священника, поддерживающего маленькую девочку, помогая ее матери сесть в автобус? – ответил де Анжу, стоя спиной к грузовику и глядя на толпу, заполнявшую площадку перед отелем. – Человек в одежде духовного лица, – продолжал Француз с необычной резкостью в голосе, – это еще один облик, который я придумал для него и научил пользоваться им. Этот черный костюм священника был заказан для него в Гонконге, я сам оплачивал его.

Внешний облик наемника был более чем хорош. Джейсон пытался критически оценить его, но всякий раз оценка была только высокой. Небольшие с проседью баки выступали наружу из-под темной шляпы, очки в тонкой стальной оправе надежно оседлали нос на бледном бесцветном лице. «Священник» излучал радость и изумление, вызванные всем, что он увидел в этом незнакомом для него месте. Он был воистину любящим всех и сочувствующим всем служителем культа, заботливым пастырем своего стада.

На какой-то миг мысли Джейсона перенеслись в другую часть света, и другое имя пришло на ум. Карлос! Он тоже охотно носил костюм священника, его темная кожа эффектно выделялась на фоне белого воротничка, производя определенное впечатление, так же как и вся его фигура, облаченная в черное. Черный цвет, цвет убийц!

– Будь внимателен и на всякий случай приготовься к преследованию! – тихо проговорил де Анжу, прерывая размышления Борна. – Он приближается к автобусу.

– Но тот уже забит до отказа.

– В этом все дело. Кто откажет в просьбе священнику, особенно если тот спешит? Это один из моих уроков.

И опять Француз оказался прав. Дверь небольшого обшарпанного автобуса, начавшая было закрываться, остановилась, как бы задержанная рукой и божьим словом, и святой отец забрался внутрь, помогая себе плечом и руками. Теперь дверь захлопнулась уже окончательно, и автобус, выпуская клубы дыма, тронулся с места.

– Это экспресс до площади Тяньаньмынь, что означает Врата Небесного Покоя, – сказал де Анжу. – Я успел запомнить его номер.

– Теперь мы должны найти такси. Идем!

– Это будет нелегко, Дельта!

– У меня есть отработанная техника решения этих вопросов, – коротко бросил Борн, выходя из тени на проезжую часть, ближе к стоянке такси.

Последняя машина делала круг, чтобы подъехать к очереди, когда Джейсон бросился ей наперерез, подняв вверх ладони обеих рук, но при этом проявляя какую-то особую скромность и даже стеснительность. Машина остановилась, и водитель высунул голову из окна.

– Че-ма?

– Вэй! – прокричал Джейсон, подбегая к водителю и протягивая ему пятьдесят американских долларов. – Бай яо бань джу, – заговорил он по-китайски, объясняя водителю, что человек нуждается в немедленной помощи и готов заплатить за это.

– Хво! – воскликнул водитель, забирая деньги. Борн и де Анжу забрались в машину, и она выехала на главную дорогу, обогнув слева весь комплекс аэропорта.

– Поезжай прямо за этим автобусом, – сказал де Анжу, слегка привставая на сиденье и используя для объяснений мандаринский диалект. – Ты понимаешь меня?

– Ваша речь более подходит для Гуандуна, но я все равно понял вас.

– Этот автобус идет до площади Тяньаньмынь.

– А к каким воротам он должен подъехать? – поинтересовался, в свою очередь, водитель. – Через какой мост?

– Этого я не знаю. Я знаю только его номер, который я постарался запомнить: 7-4-2-1.

– Номер заканчивается единицей, – заметил водитель. – Это значит, что автобус подъезжает к площади по второму мосту, прямо к въезду в Императорский Город.

– А можно попытаться обогнать автобус в дороге, чтобы прибыть на площадь раньше него?

– Без всякого труда, – ответил китаец, слегка улыбаясь. – Все автобусы сильно изношены и часто ломаются прямо в пути. Мы можем обогнать его на несколько дней, не то что часов.

Через три минуты они догнали автобус с наемником, а еще через сорок шесть минут въехали на площадь Тяньаньмынь, которая являла собой гигантскую воронку мощного водоворота наэлектризованной жизни китайской столицы.

Огромное пространство этой площади в первые же мгновения поражало взгляды посетителей. Впечатление усиливалось от архитектурных достоинств окружающих зданий, главными из которых, конечно, были Монумент Народным Героям и Мавзолей Мао Цзэдуна.