– Ему подсунули этот сценарий и велели дополнить его сюжетами. Но когда ты сбежала от них, он оказался в затруднении: следующие сюжеты ему некуда было вставлять, и весь сценарий оказался под угрозой провала.
– А кто автор этого сценария? – спросил Панов.
– Хотелось бы мне знать. Никто из тех, с кем мне удалось побеседовать в Вашингтоне, не знает этого, а их было несколько человек. Они не стали бы лгать мне…
– Кэтрин Степлс кое-что рассказала мне, – прервала офицера Мари. – Я не знаю, может ли это помочь или нет, но это почему-то осталось в моей памяти. Она сказала, что в Гонконг прилетел один из высших государственных чинов, который «гораздо больше, чем дипломат», или что-то в этом роде. И она при этом высказала мысль, что имеется прямая связь между его появлением и всем происходящим.
– Как его звали?
– Этого она мне не сказала. Но позже, когда я увидела рядом с ней Мак-Алистера, я подумала, что тогда речь шла о нем. Но, может быть, и нет. Аналитик, которого ты только что описал, и нервничающий человек, который разговаривал с нами в Мэне, едва ли мог быть дипломатом и тем более государственным лицом. Это должен быть кто-то еще.
– Когда она это сказала? – спросил Конклин.
– Три дня назад, когда прятала меня у себя на квартире в Гонконге.
– Перед тем как отвезла тебя в Таенман?
– Да.
– И больше она никогда о нем не вспоминала?
– Нет, и даже когда я спросила ее, она под разными предлогами замяла этот разговор, а у меня в то время не было причин не доверять ей. В какой-то мере она брала на себя определенный риск, не говоря уже о риске профессиональном, и тем не менее собиралась помочь мне.
– В любом случае, – проговорил Конклин, взглянув на часы, – пришло время заняться Кэтрин Степлс.
– Ты просто чертова развалина! – прошептал Мэтью Ричардс, сидя за рулем небольшого автомобиля, стоявшего на той улице, где располагалась квартира Кэтрин Степлс.
– Ты никогда не был особенно любезным, Мэтт, – ответил Алекс, сидя в тени, рядом с ним. – Вот видишь, я не только не послал обещанный рапорт в Лэнгли, но сумел устроить так, что тебе вновь поручили наблюдение за мной. Ты должен меня поблагодарить.
– Дерьмо!
– Что ты сказал им, когда вернулся?
– Что я мог сказать? На меня напали сзади, и слава богу, что не задушили совсем.
– Сколько человек?
– По меньшей мере пятеро юнцов.
– И ты почти не сопротивлялся им, чтобы не вызывать панику и не быть обнаруженным мной?
– Такова цена всему случившемуся, – на этот раз более спокойно произнес Ричардс.
– Ты должен был бы получить поощрение.
– У меня пока есть единственное желание: поскорее развязаться со всем этим.
– Ты очень легко можешь сделать это.
– Но только не путем явного обмана.
– Так значит, старина Хэвиленд лично прилетел в Гонконг, чтобы провести инспекцию на месте.
– Я не говорил тебе этого! Это было в газетах!
– Но о засекреченном доме на Виктория Пик газеты ничего не сообщали, мой дорогой Мэтт.
– Э нет. Это был нормальный обмен! Ты нуждался во мне, я нуждался в тебе. Рапорт обо мне не пошел в Лэнгли, а ты получил необходимый адрес! В любом случае я буду отрицать это. Скорее всего, ты узнал об этом на Гарден-роуд, от какого-нибудь пьяного морского пехотинца.
– Хэвиленд, – продолжал размышлять вслух Конклин, – всю жизнь болтался вокруг англичан, даже усвоил их манеры, которые особенно заметны в разговоре… Господи! Да я же должен был сразу узнать этот голос!
– Голос? – переспросил Ричардс!
– Это был разговор по телефону. Еще одна Глава из общего сценария. Это был
– Что?
– Забудь все, что я сказал.
– С удовольствием.
По улице проехал автомобиль и остановился около дома, где жила Кэтрин. Дверь открылась, и из машины вышла женщина. Слегка наклонившись, она продолжала разговаривать с шофером. Даже слабого уличного освещения было достаточно, чтобы Конклин узнал ее по описанию. Это была Кэтрин Степлс. Кивнув на прощание водителю, она уверенными шагами направилась к стеклянным дверям дома.
Неожиданно улица наполнилась резким звуком двигателя, работающего на повышенных оборотах. Длинный черный седан вывернулся откуда-то сзади них и, пронзительно визжа тормозами, остановился рядом с машиной Степлс. Грохот автоматных очередей разорвал привычную ночную тишину. Осколки стекла разлетелись во все стороны вместе с головой водителя, разорванной на куски. Окровавленные куски стекла полетели на тротуар, когда следующая очередь буквально пригвоздила Кэтрин Степлс к пространству входной двери.
Шины взвизгнули еще раз, и черный седан умчался в темноту с места кровавой бойни, оставляя после себя кровь и трупы.
– Боже мой! – закричал Ричардс.
– Быстро уезжаем отсюда, – скомандовал Конклин.
– Но куда? Ради бога, скажи мне, куда?
– Виктория Пик.
– Ты сошел с ума!
– Нет, пока я еще в своем. Но кое-кто, мне кажется, уже на пути к этому. Этот голубых кровей сукин сын должен быть в конце концов поставлен на место! И первым, кто это попытается сделать, буду я! Едем!
