— Мы действуем в тех направлениях, которые считаем наиболее перспективными, а не суемся туда, где практически все равно ничего не сможем сделать. Скажу вам еще одну вещь. Из того, что я знал прежде или узнал в последнее время о сотруднице Международного отдела миссис Стейплс, следует только один вывод: она действует исключительно на свой страх и риск, не имея на то никаких санкций сверху. А посему и не посмеет никого вовлечь в это дело.
— Почему вы так в этом уверены?
Вензу посмотрел на своего подчиненного.
— Это просто мое предположение, — сказал он, тщательно подбирая слова, чтобы не сболтнуть лишнего.
— У ваших предположений неплохая репутация: они всегда подтверждаются.
— Все это — досужие разговоры. Здравый смысл — вот мой союзник. — Зазвонил телефон. Майор схватил трубку: — Да?
— Говорит полицейский пост «Центральный-Четыре», — прогудел мужской голос.
— Мы высоко ценим сотрудничество с вами, «Центральный-Четыре».
— Гараж-стоянка Мина ответил на наш запрос. «Мицубиси» «AOR» обслуживается этим предприятием в соответствии с соглашением, возобновляемым каждый месяц. Машина принадлежит Стейплс… Кэтрин Стейплс, канадке. Автомобиль выехал из гаража около тридцати пяти минут назад.
— Мы весьма признательны вам за столь ценную информацию, «Центральный-Четыре», — произнес Лин. — Большое спасибо! — Он повесил трубку и посмотрел на своего с трудом сдерживающего нетерпение помощника. — Мы располагаем теперь сведениями по трем пунктам. Во-первых, запрос, который мы направили в полицию, действительно был разослан по многим адресам. Во-вторых, по крайней мере один гараж откликнулся на призыв полиции оказать ей содействие. И в-третьих, миссис Стейплс ежемесячно возобновляет соглашение об аренде места для ее машины.
— Начало положено, сэр.
— Всего имеются три крупных и, по-видимому, не менее дюжины мелких агентств по прокату автомобилей, и это не считая отелей, которыми мы займемся отдельно. В гостиницах аккуратно ведется документация, а вот о гаражах, к сожалению, этого не скажешь.
— Ничего страшного, — заявил подчиненный. — Гаражей здесь не более сотни: кто станет строить их в Гонконге, если можно открыть дюжину магазинов и быстренько проворачивать свои делишки? На телефонной станции, находящейся в ведении полиции, работают от двадцати до тридцати операторов. Что им стоит обзвонить все гаражи?
— Дело не в этом, приятель! Мы обязаны в данном случае учитывать психологию работающих в гаражах представителей наемного труда. Род их занятий не очень престижен. Те из них, кто пограмотнее, слишком ленивы или слишком много о себе понимают, чтобы отвечать на запрос, ну а те, кто попроще, избегают сотрудничества с полицией.
— Один гараж все же отозвался.
— Это мог сделать только истинный кантонец. И к тому же звонил не кто-нибудь, а сам хозяин.
— Ты обязан был поставить в известность хозяйку машины! — кричал по-китайски дежурному в будке на Айс-Хауз-стрит парень, занимавшийся размещением машин в гараже.
— Зачем?
— Сколько раз тебе повторять одно и то же? И к тому же я оставил тебе записку…
— То, что ты ходил в школу и пишешь лучше меня, не делает тебя здесь боссом из боссов.
— Ты же совсем не умеешь писать! Скажи прямо, что испугался, как последнее дерьмо! Ты позвал меня, как только услышал по телефону, что нам хотят передать экстренное сообщение из полиции. Вы, неграмотные, всегда избегаете контактов с полицейскими. Речь шла о том самом автомобиле, о зеленом «мицубиси», который я поместил на втором уровне. Раз ты не хочешь звонить в полицию, то поговори хотя бы с хозяйкой.
— Есть вещи, которым не учат в школе. Понял, черт недоделанный?
— Зато нас там учат никогда не идти против полиции, дабы не попасть в беду.
— Ладно, позвоню в полицию… Или, может, будет лучше, если это ты станешь у них героем?
— Обойдусь и без этого.
— Но звонить я буду туда только после того, как две женщины вернутся, и я немного поговорю с той, что за рулем.
— О чем?
— Она думала, что дает мне — точнее нам — два доллара, но на самом деле дала одиннадцать: одна из бумажек оказалась десятидолларовой. Женщина очень нервничала, волновалась, была чем-то напугана. Не смотрела на свои деньги.
— Но ты сказал, что получил от нее лишь два доллара!
— Однако теперь ты знаешь все. Я не мог сказать тебе правды, потому что заботился не только о своих, но и о наших с тобой интересах.
— Как это так?
— Я скажу этой богатой, насмерть перепуганной американке, — она говорила, как американцы, — что мы с тобой, боясь подвести ее, не стали звонить в полицию. Она тут же вознаградит нас щедро, даже очень щедро, так как поймет, что иначе ей не получить свой автомобиль обратно. Ты сможешь наблюдать за мной из гаража, стоя у другого телефона. Когда же денежки будут у нас на руках, я пошлю одного парня за ее автомобилем, но найти его он едва ли сумеет, потому что я этому малому укажу неправильное место. Ты же тем временем позвонишь в полицию. Она тотчас прибудет, и мы исполним наш священный долг, заработав заодно в эту ночь столько денег, как ни за какую другую на этой проклятой работе.
