Сцена явно подстроена, подумал Борн. События и факты изложены столь непоследовательно и выводы настолько неаргументированны, что даже суд в Москве заставил бы марионетку прокурора приступить к повторному расследованию. Военный клан обрушивал на неугодных им лиц террор… «Очистите свои ряды от чуждых вам людей. Выявите внедрившегося в ваш отряд предателя. И убейте его, кем бы он ни был — мужчиной или женщиной».
Связанная женщина сопротивлялась двум охранникам. Из толпы в ее адрес летели пусть и негромкие, но гневные возгласы:
— Шлюха!
— Предательница!
Оратор поднял руки, требуя тишины. И люди тотчас умолкли.
— Ее любовником был журналист информационного агентства «Синьхуа»[158], этого ненавистного нам лживого учреждения, обслуживающего презренный режим. Я говорю «был», потому что час назад этого мерзостного типа застрелили в голову и перерезали ему горло, чтобы все знали, что он тоже был предателем! Я лично разговаривал с мужем этой шлюхи, выразил ему сочувствие и выказал уважение. Он сказал мне, чтобы поступили так, как того требуют духи наших предков. И что отныне он не желает иметь с ней ничего общего…
— Эй-э-э-э! — Придя в ярость и проявив невероятную силу в схватке с охранниками, женщина сорвала повязку со рта и выдернула кляп. — Лжец! Убийца из убийц! Ты убил прекрасного человека! Что же касается меня, то я никого не предавала! Наоборот, это меня предали! Я не была в аэропорту, и ты знаешь об этом! И никогда не видела этого человека с Запада, о чем также известно тебе! Я ничего не знала о ловушке для преступников, связанных с Западом, и это видно по моему лицу! Да и откуда бы могла я узнать о вашем замысле?
— Ты таскалась с преданным нашему делу человеком, разлагала его, потчуя наркотиками! Предлагала ему себя за деньги, удерживая его у себя до тех пор, пока травы не свели его с ума!
— Это ты сошел с ума! Ты говоришь все это, лжешь так потому, что, отправив моего мужа на юг, сам приходил ко мне не раз: сначала — с обещаниями, а потом — с угрозами. Я была вынуждена служить тебе. Это мой долг, говорил ты мне! Ты спал со мной, и я научилась таким вещам…
— Ты низкая, подлая тварь! Приходя к тебе, я умолял тебя не бесчестить своего мужа и хранить верность нашему делу! Бросить любовника и просить о прощении!
— Неправда! Я знаю, к тебе приходили люди — посланные моим мужем тайпаны с юга, которых никто не должен был видеть возле ваших высоких учреждений. Они тайком пробирались в магазин под моей квартирой, которую якобы занимала почтенная вдова, что является ложью, придуманной тобой в отношении меня и моего ребенка.
— Подлая дрянь! — прорычал человек с безумными глазами и мечом в руке.
— В искусстве врать тебе нет равных! — крикнула в ответ женщина. — Как и у тебя, у моего мужа много женщин, и он совсем не заботится обо мне! Он избивает меня, а ты говоришь мне, что это его право, поскольку он — великий сын истинного Китая. Я перевозила корреспонденцию из одного города в другой. Если бы у меня нашли что-нибудь, мне бы была уготована печальная участь — муки и смерть. И за все за это мне платили вместо благодарности презрением. Мне не только никогда не оплачивали мои поездки по железной дороге, но и на работе с меня удерживали юани за те дни, что я отсутствовала там. А ты твердил мне все время про мой долг! На что я могла кормить мою дочь? Ребенка, которого ваш великий сын Китая едва признает, потому что хочет иметь лишь сыновей?
— Это духи дают тебе не сыновей, а только дочерей, чем ты позоришь великий род Китая. Ты — предательница! Ты ездила в аэропорт и общалась с нашими врагами, дав возможность исчезнуть, в частности, ужасному преступнику! Из-за таких, как ты, нас могут поработить на тысячу лет.
— Ты же превратил бы нас в свой скот на десять тысяч лет, будь это в твоих силах!
— Ты не знаешь, женщина, что такое свобода!
