– Ну да! Если бы я мог это предвидеть, я бы никогда не согласился ей помогать. А так… Я дал свое согласие. Потом разыскал Петра и попросил его натаскать к корту кучу веток, достаточно большую, чтобы под ними можно было что-то спрятать. Я не сказал ему, для чего такое укрытие потребуется: во-первых, не хотел, чтобы Петр был в курсе Дашиного замысла – в противном случае, если бы все раскрылось, его могли обвинить в соучастии, а во-вторых, не хотел, чтобы прозвучало имя Даши – узнав, что это укрытие нужно ей, Петр мог отказаться что-то делать.
– А вам он не отказал?
– Мне не отказал, даже лишних вопросов задавать не стал. Я и не заметил, когда он эту кучу натащил. Подошел к воротам Зараковского вместе с вами встречать – смотрю, а она уже лежит.
– И что случилось потом?
– Потом… Ну, остальное вы, в общем, знаете. Когда погас свет, Зараковский побежал к корту за деньгами. И там встретил свою смерть. Как оказалось, я в тот день допустил еще один шаг, ставший непоправимым – притащил в столовую эту чертову клюшку. Знал бы я, что она станет орудием убийства, сломал бы ее прямо там, на поле.
– Да, про гибель тренера мы все, в общем, знаем, – согласился Гуров. – Меня интересует следующий момент: когда Кривулин забрал чемодан с деньгами и почему он это сделал.
– Ах, это! Этот момент я знаю только со слов Петра. Он мне рассказал следующее. Поскольку натаскать ветки к корту его просил я, он решил, что именно я собираюсь проделать какую-то операцию по вывозу денег. А когда заметил рядом с кортом Зараковского и Дашу, подумал, что они покушаются на деньги, предназначенные для мамы, и решил действовать. После того как Даша побежала к дому и возле корта осталось только тело мертвого тренера, Петр подобрался туда, унес чемодан и спрятал его в своей сторожке, где хранятся метлы, лопаты и прочий инвентарь. Я и знать об этом не знал до сегодняшнего утра.
– А что произошло утром?
– После завтрака я пошел гулять, встретил Петра, и он мне все рассказал. Я пришел в ужас: получалось, что теперь он главный похититель! Если бы чемодан нашли в его сторожке, против него вполне могли возбудить уголовное дело. Мало того, ваш майор Шестернев мог заподозрить, что он каким-то образом причастен к убийству! Поэтому я тут же потребовал, чтобы он срочно принес чемодан мне. А когда он это сделал, я незаметно подбросил его на то же место, куда раньше бросил ключи.
– Так это вы выбросили на крыльцо дубликат ключей?
– Да, это сделал я. Мне надо было от них избавиться – ведь это ненужная и к тому же опасная улика.
– Ну, что ж, теперь, кажется, все ясно, – сказал Гуров. – Все кусочки мозаики встали на свои места. Преступление раскрыто.
– И что вы собираетесь делать дальше? – спросил Денис.
– Что дальше… – медленно произнес Гуров. – Где, вы говорили, сейчас находится пакет с ценными бумагами? На Главпочтамте Кременца?
– Да, я думаю, что пакет лежит там, в окошке «До востребования».
– И когда вы собираетесь его оттуда забрать?
– Ну, как только получу возможность выбраться из усадьбы.
– А что потом намерены с этими бумагами делать?
– Как что? Я разве не говорил? Собираюсь вернуть все акции отцу. Мне они не нужны.
– А как вы объясните исчезновение бразильских бумаг?
– Если отец обнаружит их отсутствие, скажу правду, – не задумываясь, ответил Разумовский-младший. – Все, как было. Разумеется, не упоминая Дашу. Она пусть сама решает, говорить ей или нет.
– А что, господин Разумовский может и не заметить, что часть акций исчезла? – удивился Крячко. – Разве такое возможно?
– Я думаю, что очень даже возможно, – ответил Денис. – Я же вам говорил, что он не разбирается в современном фондовом рынке, не изучает новые, недавно возникшие компании. Сам он никогда бы не купил эти акции и все время относился к ним с недоверием. Так что, я думаю, он может не заметить их исчезновения.
– Хорошо, я понял, – кинул головой Гуров. – В таком случае сделаем так: вы сейчас берете машину и едете в город. Охраннику я скажу, чтобы он вас выпустил. Думаю, вопросов не возникнет. Сколько времени вам потребуется, чтобы получить на почте пакет с акциями и вернуться обратно?
– Думаю, что двух часов вполне хватит.
– Постарайтесь уложиться в это время. Когда вернетесь, отдадите пакет мне. А я уже решу, как с ним поступить.
Они втроем вышли из дома. Когда Денис стал выводить из гаража машину, появился Алексей Машко.
– Кирилл Максимович не разрешил никому выезжать из усадьбы!
– А я разрешил, – заявил Гуров. – И пока идет расследование, я здесь главный. Открывай ворота!
На это охранник не нашел, что возразить, и спустя несколько минут Денис выехал из ворот и направился в сторону города.
– Ты думаешь, он вернется? – спросил Крячко, провожая машину взглядом.
– Конечно, вернется, – ответил Гуров. – У него нет никаких причин, чтобы не вернуться.
– Не скажи, – возразил Стас. – Шесть миллионов долларов – неплохой стимул для того, чтобы исчезнуть, не давая больше никаких объяснений.
