Оказавшись в средневековом магическом мире, не получив при этом полагающихся любому нормальному попаданцу плюшек и роялей, наш современник не растерялся и смог устроить свою жизнь, найти друзей и любимую женщину.Игорь стал владетелем графства, другом и советником правительницы Гирфеля, получил необычные для этого мира магические способности. Одержав победу над врагами, он наконец-то смог приступить к прогрессорству не только в технике, но и в общественной жизни, законотворчестве и военной реформе. Только вот враги не заканчиваются, и попаданцу приходится держать ухо востро, впереди война и не только.
Каков поп, таков и приход.
Эта поговорка наглядно подтверждалась тем, что землянин своими глазами увидел на территории Варского графства. Всё говорило о полном небрежении властей своими прямыми обязанностями, начиная с отсутствия каких-либо результатов борьбы с разбоями на лесных дорогах (тут, правда, Игорь с отрядом янычар немного пособил местному населению, разгромив походу банду Подковы) и заканчивая неухоженным состоянием городков и вольных поселений, не говоря уж о деревушках, населённых крепостными и сервами. Надежды советника правительницы, что уж хотя бы столица графства содержится в более приличном виде, разрушились, едва перед взором землянина предстали давно не ремонтировавшиеся городские стены, и он различил на левой привратной башне зигзагообразную трещину, кое-как замазанную уже крошащейся цементной стяжкой.
– Нет, понятно, что наш старенький граф Тингер занят своей большой, во всех её смыслах, в том числе и размерами объекта преклонения, любовью, – хохотнул Игорь, повернув голову к лэну Ниду Пилешу, своему вассалу и верному помощнику, ехавшему рядом на лошади удивительной, почти фиолетовой масти. – Но, блин, чем его чиновники занимаются? Непонятно.
– Лентяйничают или воруют? – предложил свои варианты капитан янычар.
Усмешка землянина была не весёлой, а, скорее, тревожной. Примерную картину происходящего в Варском графстве Егоров знал, ещё когда отправлялся строить здесь порталы, но всё оказалось намного печальнее.
– Головотяпство и обычное разгильдяйство порой гораздо хуже названных тобою причин. – Попаданец, когда ведомая им кавалькада из двух десятков всадников поравнялась со стоящими по обе стороны дороги постоялыми дворами, остановил коня и обратился к отряду: – Так, парни, в город – я решил – въедем в полном составе. Пробудем несколько дней – пару так точно. На это время забудьте то хорошее, чему вас учил я и ваши капитаны, в плане достойного поведения. Как должны себя вести наёмники, коими мы на данный момент являемся, вы помните, думаю, хорошо. В общем, совсем как свиньи себя вести не стоит, драки и дуэли самим не провоцировать, но некоторое хамство вам должно быть присуще. Усекли? Кайл, а где у тебя нашивка Братства? – высмотрел граф Приарский отсутствие знака на правом плече янычара.
Кайл был самым молодым в отряде землянина, парню только на прошлой восьмушке исполнилось пятнадцать. Это не являлось чем-то необычным для Орваны, тут и с четырнадцати шли в армию, дружину или в наёмники.
– Ой, забыл, госпо… командир… лейтенант, – Смутившемуся янычару пришлось дважды себя поправить, пока не назвал своего графа в соответствии с его нынешней легендой офицера наёмного отряда. – Положил, думал…
– А голову ты не забыл? – задал Игорь вспомнившийся ему вдруг вопрос, который каждый раз задавала в школе Наиля Ильдаровна, учительница химии, кому-нибудь из забывчивых учеников. – Не дёргайся сейчас уже, – остановил он попытавшегося раскрыть суму янычара. – Пришьёшь в трактире, как приедем.
Членство в каком-нибудь из Братств наёмников для солдат удачи не являлось обязательным, но на тех из них, кто не имел на доспехе знаков принадлежности к одной из организаций, смотрели крайне настороженно – значит, их за что-то неблаговидное выперли.
Дело было всё в том, что продавать свои воинские умения индивидуально считалось глупостью. Братства брали со своих членов чисто номинальные взносы – одну двадцатую от стоимости контракта, зато гарантировали, что заказчик не обманет.
Нет, среди торговцев или других нанимателей таких, кто попытался бы обмануть выполнивших свои обязательства вояк, дураков не находилось, за такое можно было ответить если и не своей жизнью, то здоровьем однозначно. Однако зажать выплату семьям погибших наёмников – такое провернуть иногда стремились. Братство в этом случае выступало гарантом перед родственниками, что их не обманут.
Появление любого военного отряда всегда вызывало повышенное внимание, и плодить лишние подозрения не стоило. Поэтому янычары в Варе предстали не просто солдатами удачи, а членами конкретного биранского Братства.
То, что за самозванство Игорю и его парням могли грозить неприятности, вплоть до дуэлей с лучшими бойцами-бретерами организации, чью символику попаданец нагло использовал, его мало беспокоило. В Гирфеле он, что называется, кум королю, то есть друг правительницы, а в Биране, да и, пожалуй, на всём полуострове Герцогств граф Приарский вскоре всех так построит, что по струнке у него ходить будут и моргать только по команде. Если, конечно, всё пойдёт, как землянин спланировал, и если излишнее самомнение не подведёт его под монастырь или под храм Порядка, говоря по-орвански.
– Проехать-то можно? – спросил Егоров у одного из городских стражников, который перед рвом избивал древком копья какого-то оборванца. – И, скажи честно, эта гниль не провалится? – показал он плёткой на разборный настил из почерневших от времени брёвен, который у северных ворот Вара заменял мост.
