Я недоумевал, неужели Александр собирается прямо здесь перебить восемнадцать дворян? Он был не настолько глуп, хотя его собственный отец уже не раз проделывал подобное в прежние годы. Брать заложников тоже было одной из излюбленных тактик дерзийцев, но это едва ли могло получиться. Его гости не будут столь наивны, чтобы не взять с собой во дворец оружие, и если Александр попробует надавить на них, они пустят его в ход. Разве что… Я посмотрел на изящно убранный главный стол, предназначенный для двадцати одного человека. Дерзийцы свято чтут традиции гостеприимства, доставшиеся им от их далеких предков, жителей пустыни. Для тех главным достоянием была вода, лишить других воды считалось низостью, поступком не достойным настоящего воина. Бывали дни, когда злейшие враги мирно делили один колодец, мечтая назавтра прикончить друг друга на поле боя. Гостеприимство…
Массивные створки дверей за помостом распахнулись, и одетые в меха люди, с повязанными на голове кусками оранжевого с белым шелка – традиционный шарф Дома Мезраха – начали входить в комнату и рассаживаться за главным столом. Их подозрительность рассеивалась при виде стола, других гостей и верениц рабынь, вносящих все новые и новые блюда. Они не знали. Эти могучие, не ведающие сострадания воины понятия не имели, что один из их клана болтается, окоченевший, на главной площади Кафарны, казненный менее чем через час после того, как улыбающийся рыжеволосый принц почтил каждого из них своим особым вниманием, приведя лично в эту залу. Если они станут пить только воду, предательства не совершится, но в тот момент, когда они выпьют вина или попробуют мяса со стола принца, они станут его дорогими гостями, и тогда все распри и преступления будут забыты и прощены… знают они о них или нет. Они не смогут отомстить за смерть собрата, не нарушив тысячелетних традиций дерзийцев, ведь они ели со стола принца уже после свершения казни.
Ошеломленный бесстыдством принца и степенью риска, которому он подвергал себя, я занял свое место за спинами гостей и принялся помогать им взбивать подушки, снимать с них мечи, башмаки и плащи, пока, наконец, все гости не смогли удобно устроиться, настолько, насколько это было возможно в покоях Александра. Дальше всех от принца сидел мрачный лорд Барах, отец Вейни, его седая коса спадала на обнаженное плечо. Он был единственным старейшиной из присутствовавших здесь представителей Дома Мезраха.
Однако настало время сосредоточиться на другом. Дерзийская знать славилась привычками отрезать рабам пальцы или совать их руки в крутой кипяток, если рабы вдруг что-нибудь роняли, проливали или неверно подавали блюда. Я осторожно наполнил вином хрустальные кубки и разрезал плоские горячие лепешки, начиненные травами, затем предложил гостям блюдо с сочными кусочками жареного ягненка и особо приготовленной свининой с румяной корочкой. Затем всем желающим следовало положить на тарелки нарезанные ломтиками или очищенные фрукты, соленые яйца, засахаренные финики и крошечных соленых рыбок. Потом я разливал назрил, горький чай. Потом снова вино. Урок Зеруна и наставления учителей прошлых лет звучали в моей голове, полный набор знаний, необходимых рабу.
Всегда стой на коленях сразу за спиной у гостя. Не смей касаться гостя. Сперва обслуживай принца. Если он укажет на блюдо или кивнет головой, имей в виду, что жест может быть едва заметен, дай сперва попробовать блюдо тощему рабу, что сидит за его спиной, и только потом положи кушанье принцу. Не дыши, когда прислуживаешь принцу, твое дыхание может испортить ему аппетит. Следи, чтобы на блюдах все время было достаточно мяса, иначе принц разгневается. Следи, чтобы у всех был налит назрил, его отсутствие считается дурным знаком. Седой господин положил нож поперек тарелки. Это значит, что он соблюдает ифрейл, очистительный пост. Ни в коем случае не предлагай ему мяса, сыра или яиц, никакой животной пищи. Никакого вина. Только чай и фрукты. После того, как принц закончил трапезу, никому из гостей больше ничего не предлагать. Омовение рук совершается перед…
Когда они узнают? Когда они поймут, как ловко их провели? Что они сделают? Когда до них дойдет, почему на одной из подушек никто не сидит? Шестьдесят свидетелей того, что они разделили трапезу принца – это слишком много. С ними нельзя не считаться. Сам лорд Барах ел и пил за столом принца.
– А что, найдется ли в доме принца мед или бренди? – Спросил худой, одетый в темно-вишневые шелка человек, сидящий слева от принца. – В такой холод я люблю согреться чем-нибудь послаще.
– Да, господин, – быстро отозвался я и мигом принес с буфета сузейнского бренди, сладкого и обжигающего. Я опустился на колени за спиной гостя и налил немного бренди в его кубок.
– Я принесу мед, если этот напиток вам не понравится.
Он посмотрел бокал на свет.
– Прекрасный выбор, – и я наполнил его кубок янтарной жидкостью. Он завернулся в отделанный мехом плащ. – Никто не спутает Летний дворец Дерзи с Зимним дворцом. Перепутаны названия, – он говорил с едва заметным акцентом.
