Она все-таки помолчала немного, потом кивнула:
— Королева и Рис жили вместе уже несколько лет. Как опытный Айф, она готовила его и помогала ему. Потом взяла его в пару. И он начал одерживать одну победу за другой. Но десять лет назад мы стали терять Ловцов и Утешителей. Они тоже уходили один за другим. И королева объявила, что будет работать только одна пара, поскольку положение становится угрожающим. Новые Смотрители гибли почти сразу после посвящения. Когда дед узнал о сделке с демонами, он решил, что Рис пошел на нее по недомыслию, что он не осознал, что сделал. Конечно же, это означало именно то, что ты понял сразу, — демоны стремятся к общей цели. Но дед не решился выступить против Риса, пока…
— …Пока я не пришел.
— Он должен был быть уверен, что, если с ним что-то случится, после него останется Смотритель. Его ученики либо погибли, либо были еще не готовы, он никогда не сомневался в том, что ты придешь. А сам тем временем разрабатывал способ открыть вторые Ворота. Поскольку мы были здесь, ты восстанавливал форму, он решил использовать вторые Ворота, чтобы проверить тебя и поймать Риса на месте. Вот и все. До этой ночи он не думал использовать то, что было сделано.
— Но почему он решился?
— Потому что времени не осталось. — Катрин обхватила руками колено. — Демоны объявили, что мы должны отдать души всех келидцев. Рис сообщил об этом сегодня на встрече королевы с Советом Старейшин. Он сказал, что отказался. Сказал, что заявил рей-кирраху, что мы не пойдем на это, что был уговор: мы не отдаем души без сражения. Демоны сказали, что келидцы сами хотят их, но для поддержания традиции они могут предложить новую сделку.
— Какую?
— Мы проведем одну битву, только одну, за всех келидцев разом.
Я вскочил на ноги:
— Безумие. Исанна не пойдет на это. Она не может… — Я не умел выразить свое отчаяние словами. Предать меня, чтобы защитить Риса, — ее желания, горечь, все, что угодно, пусть. Но предать всех… столетия борьбы, самопожертвования, отваги… целого народа…. — Она не сделает этого!
— Это уже сделано. Она сказала, что демоны начнут преследовать и уничтожать нас, если мы не согласимся.
Я вернулся к тому месту, где лежал Галадон, словно пытаясь найти утешения у него, заснувшего навеки. Но голос, ведший меня по жизни, молчал. Катрин же смотрела мне в глаза, стараясь понять, осознал ли я сказанные ею слова. Я осознал.
— Демоны думают, что сражаться пойдет Рис. А Рис, слепой глупец, считает, что он может сунуть руку в огонь и не обжечься… верит, что он победит. Но он не сможет. Они позволят ему победить. Притворятся. Не выйдет.
— Дед не знал, что заставило демонов пойти на это. Он решил, что Рис так испугался твоего возвращения, что сделал что-то не так… заставил демонов проявить активность…
— Это Александр. Они чувствуют, что он на краю гибели, что приходит их время. Они хотят прервать наш контакт с келидцами, чтобы мы не узнали, что они затевают. Время Риса вышло… и Исанна должна узнать об этом, — похоже, она была готова предать другого мужа. Интересно. Исанна сумела убедить себя, что это ради блага Эззарии… или она просто привязана к демонам из-за собственной испорченности? Как бы то ни было, результат будет один. Поражение.
Катрин снова потянула меня за руку:
— Мы должны быть уверены, что эта битва будет выиграна.
Ночь обрушилась на меня всей своей тяжестью.
— Если так, я не могу никуда идти. И ты тоже. Ты сделаешь вторые Ворота, как ты это уже делала сегодня. Ты впустишь меня…
Катрин встала и подошла к ступеням, скрестив руки на груди и задумчиво глядя на дождь:
— Битва произойдет не здесь. Королева заявила, что должна быть ближе к одержимому, что она не может надеяться на Ловцов и Утешителей в такой ответственный момент. Еще она не хочет, чтобы жертва демонов оставалась среди нас. Поэтому она сама отправится к жертве, вместо того чтобы везти ее сюда. Она также сказала, что возьмет с собой принца. Когда мы освободим келидцев от их демонов, она подумает, как можно помочь ему. Неплохо придумано, правда?
— Парнифор. — Наконец-то все куски мозаики сложились в картину.
— Как ты догадался? — удивленно обернулась ко мне Катрин.
— Она поедет в Империю.
— По крайней мере, мы выиграем время.
Это меня не очень утешало. После всего, что я только что узнал.
— А демоны сказали, кто это одержимый?
— Келидец. Его зовут Каставан.
Мы скакали на восток от Дэл Эззара, туда, где всходила луна. Катрин наложила заклятие на тело деда, чтобы оно могло сохраниться, ожидая, когда мы вернемся и сможем воздать ему полагающиеся почести. Потом она повела меня к храму, за ним были спрятаны две лошади, и мы тут же выехали. Все заняло не больше десяти минут. Мы спускались вниз по крутой тропке, которую я совершенно не различал из-за темноты и дождя. Но Катрин сказала, что этот путь все равно знают только лошади и больше никто. Галадон на долгие годы скрыл его от посторонних заклятиями. Нас должен был встретить Хоффид и привезти с собой Александра.
