Я не упоминаю о том, что оценила внимательность Хлои на восемь баллов из десяти, потому что она постоянно торопится, пропускает и из-за этого меняет вопросы интервью местами. Делает она и другие, менее значимые ошибки, но с опытом их становится меньше. А низкие оценки ее не мотивируют работать лучше, а только расстраивают и демотивируют. Поэтому иногда разумнее о них умолчать.
– Спасибо, Лили! – тоже расплывается она в улыбке. – Ну что же, поработали на славу, теперь отрываться?
– А как же, – подмигиваю я. Сегодня я собираюсь как следует повеселиться в своем любимом баре «Прима». – Целую неделю не выбиралась из Капсулы.
– Это просто ужас! –Хлои качает головой с видом святоши: – Опять по барам пойдешь?
– Пойду. Но сначала – пенная ванна!
* * *
Я появляюсь в «Приме» вечером, когда уже темно, и в баре довольно многолюдно. За одним из столов, мимо которых я прохожу, сидит сегодняшний кандидат с собеседования. Он слезно упрашивал разрешить ему последний раз встретиться с другом, сделать «последний глоток» прежней жизни. Такое, вообще-то, строго запрещено правилами, но я не всегда соблюдаю их. Такие уж есть у меня возможности. И в случае с этим парнем я уверена, ничего ужасного не произойдет. Он все равно не пройдет психологическое тестирование, раз так сильно привязан к своей прошлой жизни.
– Это наш администратор с новой работы, душевная девушка! – гордо говорит он другу, когда я подхожу к их столу и выразительно смотрю на него.
– Мы с вами договаривались. Я прихожу – вы уходите, – напоминаю я непреклонным тоном.
– Да-да, уже ухожу, – неохотно встает мужчина и обнимает друга на прощание. – Мне пора, увидимся.
Он быстро покидает бар с забавным выражением страдания на лице. Думает, что больше не увидится с другом, и наверняка готов разрыдаться. Даже не догадывается, что скоро он, вероятно, вылетит из Капсулы и снова сможет прожигать свои дни как прежде, пьянствуя с друзьями сколько влезет. Вот идиот.
Я располагаюсь на привычном месте: высоком стуле у барной стойки прямо около Берни:
– Два «Грязных Биззо», пожалуйста, – перекрикиваю я гул других посетителей и влезаю без очереди.
– Как обычно, – ухмыляется здоровяк-бармен и наливает мне первый бокал коктейля. – Хотя бы раз что-то другое попробовала.
– Остальные у тебя ужасно получаются, – корчу я ему рожицу.
– Ну-ка повтори! – делает он грозный вид. Но на самом деле, безобиднее этого двухметрового мужика в трещащем по швам костюме, который ему катастрофически не идет, я ещё никого в Луисвилле не знаю.
Берни возвращается доделывать заказ предыдущего посетителя, которого я перебила, а меня тут же обнимают сзади чьи-то влажные от пота руки. По знакомому запаху парфюма и табака я узнаю его: это Эрни,
– Привет, красотка! Куда это ты пропала? – весело кричит он и садится как можно ближе.
Я с преувеличенным ужасом смотрю по сторонам, заглядываю под стул, потом за его спину, как будто ищу кого-то, а затем смотрю на свои колени и с таким же деланным облегчением изрекаю:
– Ой, нашлась! Вот же я, здесь!
Эрни-Арчи несколько секунд непонимающе пялится на меня, пока до него не доходит эта примитивная шутка, и заливается громким хохотом:
– Ха-ха-ха! Нашлась она! Ты классная, красотка! И, кстати, отпадное платьице надела! Ха-ха! Шутница!
Я закатываю глаза и берусь за свой второй бокал с коктейлем. Чтобы этот парень показался мне забавным, требуется немало выпивки. Интересные беседы – не его конек. Зато фигура и выносливость отличные. К счастью, он довольно быстро удаляется, не забыв сообщить, что отправляется отлить.
– Ты уже не с ним? – интересуется освободившийся Берни. Он большой любитель посплетничать, даже жаль, что особо порадовать его мне нечем.
– Я с ним и не была, – недовольно уточняю я. Еще не хватало, чтобы мне этого Арни в бойфренды записали.
– А чего же не дала ему шанс? Такой веселый малый, и, кстати, много тратит на выпивку. Не жмот, – одобрительно говорит Берни. У него специфические понятия о том, чем парни могут нравиться девушкам. Профессиональная деформация, наверное.
– Он сказал, что я не в его вкусе. Жаль, мне ведь так хотелось, чтобы он много тратил на мою выпивку, – грустно говорю я. Берни вздыхает, понимая, что не добьется от меня интересных подробностей, и переключает внимание на других посетителей у бара.
Я прекрасно помню, почему резко прекратила встречи с этим парнем. Ну, кроме того, что он и так не блещет достоинствами. Причина всегда одна и та же: он начал слишком активно интересоваться моей жизнью, в том числе работой. А это, естественно, под строгим запретом. Я работаю в секретной организации, и любое разглашение подробностей может привести к непоправимым последствиям. Если не следить за своим языком, можно лишиться не только самой работы, но и любых перспектив в карьере, денег и даже свободы. Такими вещами нельзя рисковать, и уж тем более ради парней, которые и так способны надоесть за неделю.
