Прежде чем я усну полностью

«Ну пожалуйста, не надо!» – умоляю я. Но мой многоликий мучитель ударяет меня, во рту вкус крови. Он тащит меня по полу, и вот я в ванной, подо мной прохлада черно-белой плитки. На стенах обильный пар, я чувствую апельсиновый аромат, я помню, как предвкушала этот момент, хотела предстать во всей красоте, может, я еще буду лежать в ванне, когда он придет, и я позову его сюда, и мы займемся любовью, пустив волны по ванной, заливая водой и пол, и нашу одежду, все вокруг. Потому что наконец после долгих месяцев сомнений я осознала: я люблю этого мужчину. Теперь я знаю это. Я люблю его.

Моя голова врезается в дверь. Раз, другой, третий. В глазах потемнело, потом зрение вернулось. В ушах звенит, он что-то кричит мне, но я ничего не слышу. Лишь слабое эхо, словно их двое, и оба держат меня, выкручивают руки, больно дергают за волосы, бросают лицом на пол и прижимают коленями к полу. Я прошу их: «Пощадите!» – и меня как будто тоже две. Я сглатываю кровь.

Он дергает мою голову назад. Ужас нарастает. Я стою на коленях. Вижу воду в ванне, пену, которая опадает. Я хочу что-то сказать, но не могу. Его рука сжимает мое горло, я не могу дышать! Он резко наклоняет мою голову вниз, еще ниже, так медленно, что кажется, это будет длиться вечно, и вот я в воде. Во рту апельсиновый привкус.

Меня кто-то зовет:

– Кристин! Кристин! Стойте!

Я открыла глаза. Я уже не в машине. Я бегу со всех ног через парк, а меня догоняет доктор Нэш.

Мы сели на скамейку. Она была бетонная, с деревянными перекладинами. Одной не хватало, а остальные провисали под нашим весом. Шеей я чувствовала солнечный жар, по земле тянулись длинные тени. Мальчишки всё играли в футбол, – видимо, матч подходил к концу: некоторые из них просто болтали, одной «штанги» из курток уже не было. Доктор спросил меня, что случилось.

– Я вспомнила…

– О том, как на вас напали? – спросил он.

– Да. Как вы это поняли?

– Вы кричали. И повторяли: «Отпусти меня, отпусти меня!»

– Все было как наяву. Простите.

– Кристин, не извиняйтесь. Не хотите рассказать о том, что вспомнили?

Честно говоря, я не хотела. Словно некий древний инстинкт приказывал мне не делиться этим знанием. Но я нуждалась в помощи доктора Нэша. И рассказала ему все в деталях.

Когда я закончила, некоторое время он молчал, затем спросил:

– Было продолжение?

– Нет, – ответила я. – Это все.

– Вы не помните, как он выглядел, этот мужчина?

– Нет. Мне не удается увидеть его лицо.

– А как его зовут?

– Нет, не помню. – Я задумалась. – Вы считаете, если я вспомню того, кто на меня напал, это поможет?

– Кристин, повторяю, в деле нет никаких улик. Неизвестно, как все произошло.

– Но это поможет?

– Похоже, это одно из ваших наиболее подавленных воспоминаний.

– Это поможет или нет?

– Я уже говорил об этом, – помолчав, ответил он. – Не исключено, что вам поможет поездка туда.

– Нет! – воскликнула я. – Нет. И речи быть не может!

– Мы можем поехать вместе. Все будет под контролем, обещаю. Если бы вы снова оказались там, в Брайтоне…

– Нет!

– …вы могли бы вспомнить.

– Хватит, прошу вас!

– Возможно, это помогло бы вам.

Я опустила взгляд на свои руки, лежащие на коленях.

– Я не могу туда поехать. Просто не могу.

– Может, вернемся к этой теме позже?

– Нет, – прошептала я. – Я не могу.

– Ну хорошо, хорошо, – произнес доктор Нэш с улыбкой, хотя было видно, что он огорчен.

Мне захотелось чем-то отблагодарить его за то, что он не отказывается от меня.

– Доктор Нэш…

– Да?

– Позавчера я записала в дневнике одну вещь. Возможно, это вас заинтересует. Даже не знаю.

Он повернулся ко мне. Наши колени соприкасались. Ни он, ни я не отодвинулись.

– Говорите, – попросил он.