— Отлично, — бормочет он, обхватывая ладонью мою шею. Наклоняет голову, и мои ресницы опускаются, предвкушая поцелуй.
— Нам нужно идти, — врывается в тишину голос Майлза, и мои глаза распахиваются. Посмотрев за плечо Такера, я вижу в дверях Майлза, который смотрит на брата. — Наконец-то пришли результаты. У нас есть совпадение.
От этой новости у меня сжимается желудок, а тело Такера сдувается, будто все сдерживаемое разочарование и гнев, которые он сдерживал неделями, покинули его.
— Можешь присмотреть за детьми? — спрашивает меня Майлз.
— Конечно, — шепчу я, и он кивает.
— Встречаемся внизу через десять минут, — бросает он Такеру и исчезает.
— Я должен идти. — Такер поворачивается ко мне, и я приподнимаюсь на цыпочках, обхватывая его лицо.
— Арестуй этого парня.
Я касаюсь губами его губ и отпускаю его. Через несколько минут он выходит из спальни уже одетый, с пистолетом на бедре.
— Люблю тебя, — говорит он, останавливаясь для поцелуя. В следующее мгновение он уходит, а в дверях появляются дети, и я безмолвно молюсь, чтобы все прошло по плану.
— Стивен Грин, вы арестованы за убийство Кристен Стейбл и изнасилование Ливи Петерсон, — громко объявляет Майлз, подходя к Стивену, сидящему на сцене во время воскресной службы его дяди.
— Что? Вы не можете делать это здесь, — шепчет пастор Грин, его голос эхом отдается в беспроводном головном микрофоне.
— У вас есть право хранить молчание, — продолжает Майлз, толкая Стивена на пол. — Все, что вы скажете, может и будет использовано против вас.
Я защелкиваю наручники на запястьях Стивена.
— Я ничего не делал! — кричит Стивен, пытаясь вывернуться из-под колена Майлза.
— Просто неслыханно. Он ничего не сделал, — шипит пастор Грин, лихорадочно оглядываясь по сторонам, пока Майлз заканчивает зачитывать Стивену его права.
Как только все правила соблюдены, мы поднимаем парня с пола, и он оглядывает прихожан. В церкви тихо, настолько, что можно услышать падение булавки даже среди тысяч людей, наблюдающих за нами.
— Лорен, звони моему адвокату, — распоряжается пастор Грин, пока мы ведем Стивена по длинному проходу к дверям в задней части церкви.
— Я ничего не делал! — кричит Стивен, пытаясь вырваться, и я крепче держу его.
Когда мы покидаем помещение, позади нас слышится шум, и я оборачиваюсь, видя, как в коридоре появляется шериф Стедман с тремя офицерами, которых я узнаю.
— Какого черта вы творите? — кричит он, бросаясь к нам.
— Если у вас проблемы с выполнением нашей работы, решите ее с шерифом Маршаллом, — перебиваю я, и его лицо приобретает тревожный оттенок красного.
— Я велел вам докладывать обо всех новых доказательствах по этому делу непосредственно мне.
— К тому времени, как они появились, Маршалл вернулся из отпуска, — легко говорит Майлз.
Стедман хочет сказать больше, но отступает. Что разумно, учитывая, что ФБР уже завело на него дело. И, если повезет, его с подельниками будут навещать в тюрьме вместе со Стивеном.
Хотя я сомневаюсь, что они получат такое же обращение от своих сокамерников, как этот парень.
Четыре часа спустя я толкаю дверь своей квартиры, и в тот момент, когда мы с Майлзом заходим внутрь, я вижу, что Миранде не хотелось оставаться одна. Здесь не только Эмма, но и Уиллоу и Клэй.
— Наконец-то вы вернулись! — Кингстон подбегает ко мне, чтобы обнять, и я поднимаю его на руки, а Винтер бросается к отцу.
— Прости, приятель. Появилась кое-какая работа.
Я спускаюсь с ним вниз по ступенькам в гостиную, и глаза Миранды обращаются ко мне и смягчаются, прежде чем она прекращает свои дела у плиты и идет ко мне. Когда она оказывается в зоне досягаемости, я обхватываю ее за бедро и прижимаюсь к ее губам для быстрого поцелуя.
— Вы его арестовали? — тихо спрашивает она, когда я ставлю Кингстона на ноги.
— Ага, — мягко отвечаю я, и она расслабляется под моим прикосновением, прижимаясь щекой к моей груди.
— Кэрри почувствует облегчение.
— Целая куча людей сегодня будет спать немного спокойнее.
Даже если Стивен не горит желанием признаваться в изнасиловании Ливи и убийстве Кристен, наши доказательства против него сильные, и я верю, что он заплатит за свои преступления. Теперь дело за присяжными, они должны поступить правильно и признать его виновным.
Я целую Миранду в макушку, и она смотрит на меня.
— Ты голодный? Я делаю спагетти.
— Ты готовишь?
— Эй, я умею готовить. Просто ты умеешь это лучше меня.
— Я умираю с голоду.
— Тогда мне нужно вернуться к плите. — Она привстает на цыпочки, касаясь губами моего подбородка, затем отступает и возвращается к готовке.
Я оглядываюсь вокруг и вижу, что Кингстон и Винтер убежали к телевизору играть в игру. Клэй и Уиллоу стоят, прижавшись друг к другу, у стойки, а Майлз сидит с пивом в руке и смеется вместе с Эммой. И даже если Далтона и Хейзел здесь нет, видеть всех остальных, — это именно то, что мне нужно сегодня вечером.
