Макензи поднялась на ноги. Голова продолжала гудеть после удара. Она облокотилась о холодильник, чтобы прийти в себя, а затем тоже бросилась наружу. Она вытащила пистолет, когда оказалась на узком крыльце. В дальнем углу двора она заметила сарай. Его двери громко хлопнули. Когда она спустилась с крыльца и выбежала во двор, туман в голове рассеялся. Жара давила сверху, и солнце над головой светило так ярко, что она почти чувствовала, как оно окатывает её горячей волной, глядя на мир палящим злобным взглядом.
Перед сараем Макензи остановилась. В своих действиях она не могла опираться на одни только злость и смятение. Сейчас, когда Эллингтона не было рядом, нужно было избрать другой подход. Она могла лишь усугубить ситуацию, если бы бросилась в сарай в одиночку. Кто знает, что этот чокнутый может там хранить?
И всё же… она была жутко обозлена. А когда она злилась, сдержать себя было сложнее. Рой ругательств пронёсся у Макензи в голове, и она крепче сжала Глок.
«Проклятье», – пробормотала она, доставая телефон и не сводя глаз с сарая.
Размышляя над планом действий, она услышала звук, который меньше всего ожидала услышать – рёв мотора.
«Не двигаться!» – крикнула она, наставив пистолет на двери сарая.
Одна из них открылась, и звук стал громче.
Пару секунд спустя Макензи поняла, что не ошиблась, когда Виндэм вылетел из сарая на старом Харлее. Мотоцикл едва держался на ходу, и когда Виндэм добавил газу на выезде из сарая, тот зашатался. Чёртова развалюха ехала прямо на неё. Всё казалось настолько нереальным, что Макензи не сразу среагировала.
Она выстрелила, когда Виндэм направил мотоцикл в её сторону.
Поверх шума двигателя она услышала лязг металла о металл, когда пуля ударила о мотоцикл и срикошетила в сторону. Мотоцикл промчался мимо и выехал на дорогу.
К счастью для неё, Виндэм ехал намного медленнее, чем ему хотелось бы, и мотоцикл продолжал качаться, пока тот второпях объезжал дом.
Макензи бросилась за ним, придумав, как может его остановить, но при этом избежать разговора с МакГратом, когда ей придётся объяснять, почему она застрелила гражданского.
Макензи бежала так быстро, как могла, учитывая, что она до сих пор находилась в состоянии шока. Она решила, что во всём был виноват удар вазой. Когда она была уже достаточно близко к мотоциклу, чтобы начать беспокоиться о том, что могла поранить колено о заднее колесо, она бросилась вперёд и немного влево.
Ноги оттолкнулись от земли, а руки вцепились Виндэму в плечи. Они оба повалились на землю, но Макензи его не отпустила ни на секунду. Она упала на бок, больно ударившись, но продолжая прижимать беглеца к земле. Сейчас он находился к ней спиной, и она с силой надавила ему коленом между рёбер и завела руки за спину.
Сердце бешено билось в груди, и она буквально чувствовала адреналин на вкус – солёно-химический привкус во рту. Несмотря на это, её руки не тряслись, когда она защёлкивала наручники вокруг его запястий.
Наставив на Виндэма пистолет и не говоря ни слова, Макензи достала телефон и воспользовалась голосовым набором, чтобы дозвониться до департамента полиции Бедфорда.
Виндэм стонал на земле. Его тело обмякло, и он был на грани истерики… Скоро его стоны превратились в сдавленные всхлипы.
Макензи продолжала держать его на мушке, когда в ухе раздались гудки.
К моменту, когда две патрульные машины с визгом остановились у дома Карла Виндэма, Макензи была вновь спокойна и собрана. Голова ныла, и раненная часть лица болела, но оно того стоило. Она была практически уверена, что взяла убийцу, который продолжал рыдать у её ног с закованными в наручники руками.
После нескольких быстрых вопросов, на которые ей пришлось ответить, когда появились три офицера полиции, Макензи прошла к крыльцу, ведущему к задней двери, чтобы зайти в дом и его осмотреть. Честно сказать, визит к Карлу Виндэму превратился в фарс… несмотря на то, что он чуть не переехал её на старом Харлей Дэвидсон (который выехал на улицу, ударился о соседский почтовый ящик и с шумом свалился на дорогу).
Наблюдая за тем, как полицейские поднимают Виндэма на ноги и уводят со двора, Макензи вдруг захотелось, чтобы Эллингтон сейчас был рядом. Чутьё ей подсказывало, что Виндэм попадал под профиль – он был тем, кого они искали, в конце концов, он отреагировал так, как реагирует виновный, хотя не совсем в хрестоматийной манере. И всё же… ей казалось, что всё было слишком просто… что убийцу подали ей на блюдечке с золотой каёмочкой. Было что-то в Виндэме, что не давало ей представить, как он совершает три убийства и нападает на Клео Коулгров.
