«
Она пыталась кричать, но с мешковиной вместо кляпа это было непросто. Её крик походил на сдавленный вой. Переводя дыхание, она услышала продолжение разговора:
Она вновь попыталась кричать, но поняла, что с кляпом во рту это было бесполезно. Прижавшись к стене контейнера, она стала двигать головой вверх и вниз в надежде ослабить узел. Ещё она стала тереть запястья друг о друга, чтобы высвободиться, но стало только хуже. Этот урод отлично знал, какие узлы нужно вязать.
Она проползла к двери контейнера и прижалась к проволочной сетке спиной. Она стала снова двигать головой вверх-вниз, надеясь, что узел зацепится за сетку. Пару раз ей это даже удалось, но каждый раз мешковина соскальзывала вниз, и кляп слабее не становился.
Набирая в лёгкие воздуха для нового крика, она смогла расслышать ещё несколько слов, которые вновь наполнили её сердце надеждой. На этот раз говорил её похититель:
А потом, несколько секунд спустя она услышала шаги. Судя по звуку, шёл сильный снег. Она слышала его тихий скрип под ногами агента.
Вновь заработал дровокол. Теперь звук её не успокаивал, а пугал. Из-за него она больше не слышала, о чём они говорят, и чем всё закончилось.
Она вновь попыталась кричать. Единственное, что дал крик – это шум в голове и пересохшее горло. Она решила бить о стены контейнера ногами, но звук получался глухой и тихий. Она искренне сомневалась, что его мог услышать тот, кто находился вне стен сарая. И всё же она продолжала бить ногами, пока ноги от стоп до колен не охватила боль, как от удара током.
Мисси села, чтобы собраться с мыслями. «
Что-то во всём этом было не так. Зачем похитителю добровольно впускать агента ФБР в сарай? Единственное, что шло на ум, – это мысль о засаде. Она замерла, ожидая, когда прекратится шум мотора.
Но он не прекращался. Поверх него она услышала голос агента. Он почти кричал и находился совсем рядом.
«
Прошло несколько секунд, и шум мотора стих. Она едва слышала слова похитителя и ненавидела его за превосходную актёрскую игру, которую он сейчас демонстрировал. Она посмотрела через отверстия в контейнере, и сердце подпрыгнуло от радости. Она
«Чёрт, я и забыл, – сказал похититель. Когда он продолжил, голос его звучал раздражённо, но услужливо. – Подождите минуту. Я сбегаю в дом и принесу ключ».
Прошла пара мгновений – Мисси была уверена, что прошло именно столько времени, потому что она в буквальном смысле считала секунды, ведь спасение было так близко, – и раздался новый звук. Это был звонок сотового телефона агента.
«Эллингтон слушает, – сказал он. Она стала вслушиваться в слова. – Да? Ладно, это логично. Чёрт. Да, сейчас приеду».
Потом она услышала звук удара замка о деревянную дверь. «Не беспокойтесь, – сказал агент ФБР. – Всё в порядке. Просто… дайте мне своё имя и номер телефона на случай, если у нас возникнут дополнительные вопросы».
Мисси закричала сквозь мешковину: «
Она слышала крик в голове, но знала, что кроме неё его не услышал никто. Она предприняла последнюю попытку кричать, но вместо крика начала плакать. Она забила ногами о пол и стены контейнера, но это лишь вызвало резкую боль в лодыжках.
Она слышала шум удаляющихся шагов и легкое поскрипывание снега под ногами агента. Она издала последний гортанный крик. Он был такой сильный, что от него завибрировала голова. Мисси понимала, что и его никто не услышал.
Она плакала, едва не задыхаясь от собственных рыданий, потому что кляп плотно закрывал рот. Когда снова зашумел негромкий мотор дровокола, Мисси свернулась клубком и зашлась рыданиями. Упрямство исчезло без следа. У неё больше не было сил бороться. Она была готова сдаться, и, как ни странно, теперь её ситуация больше не казалась ей такой уж невыносимой.
