- Никто и не сомневается, - заверил его Люциус, кладя руку на ладонь юноши, - вот только произнес ты все это на парселтанге...
Слабая извиняющаяся улыбка Ремуса убедила парня в обоснованности сказанного, и он сконцентрировался на своей речи, чтобы передать услышанное по-английски. Когда же он все же повторил, то, уже видя побелевшее лицо Ремуса, сидящего напротив, понял, что теперь он не соскользнул в парселтанг.
- Но ведь это даже не на латыни, - возмутился Северус.
И пока Гарри уставился на своего бывшего преподавателя, спрашивая себя, при чем тут латынь, Ремус сдавленно произнес:
- Все формулы заклинаний имеют латинские, греческие корни, или же берут истоки из других мертвых языков. Все, без исключения. И именно так сложно найти контрзаклинание. Но это...
- Но... разве не проще разобраться с ним, если оно на английском языке? - позволил себе вопрос Гарри.
- Проще? - разозлился Северус. - Ни один из способов создания заклинаний и контрзаклинаний не затрагивает работу с английским языком! Этот мерзавец поймал нас в невероятно глубокую ловушку!
Пока Северус бесился, Ремус не отводил от него глаз, а потом медленно сказал:
- Знаешь, сказанное тобой не совсем верно, Северус...
- Прошу прощения? - зельевар яростно зыркнул на появившегося оппонента. - Ты решил переквалифицироваться во всезнайку, Люпин?
- Не вмешивайся, Драко. Послушай меня, Северус, - сказал ликантроп. - Ты только что заявил, что ни один из способов создания заклинаний не применим к английскому языку, вот только... английского языка Волдеморт как раз и не использовал... И потому, если нам удастся придумать что-то, Гарри должен будет произнести это на парселтанге... Но вот работу над контрзаклинанием придется все равно начинать с английского варианта...
- Подобное возможно, - прокомментировал сказанное Люциус. - Если подумать, и латынь, и греческий, и прочие языки когда-то использовались для того, чтобы умение создания заклинаний осталось тайным...
- И чтобы только те, кого научили, могли делать это, - внезапно вмешался Северус. - Вот и Волдеморт не стал особенно долго ломать голову и использовал тот единственный язык, о котором думал, что только он знает его...
- Если подумать, то этот язык тоже можно отнести к древним и тайным наречиям!
- Не стоит забывать и о том, что единственные объекты для экспериментирования - это мы сами, - мрачно напомнил Драко.
- Я буду особенно внимателен к формулировкам, - бросил Северус. - Как я понимаю, ты сейчас не можешь снова просмотреть воспоминание, чтобы убедиться, что правильно запомнил сказанное?
Хоть он последними словами обращался к Гарри, но ответил ему поспешивший вмешаться Люциус:
- Об этом даже речи не будет! Слишком уж плохо ему от просмотра! И вообще, вы сможете поговорить об этом потом, когда достаточно продвинемся!
Гарри был благодарен Люциусу за выступление в его защиту, но все же едва смог изобразить улыбку в ответ, потому что воспоминания об увиденном не оставляли его.
Но все же он сумел припомнить, с чего начался разговор и разбил повисшее молчание жалобным:
- А теперь я могу вернуться в Нору?
Хотелось бы спросить это более твердо, но, к несчастью, увиденное воспоминание подкосило его сильнее, чем многое подсмотренное в голове у Волдеморта.
- Сначала нам нужно разобраться с теми двумя вопросами, с которых мы и начали, - твердо отозвался Люциус. Его сердце просто сжималось от боли, стоило только подумать, что его юный партнер не хотел оставаться в защищенных стенах Логова. - Итак, Хогвартс. Ты собираешься вернуться туда или нет?
- Я еще не знаю, - упрямо ответил Гарри.
На самом деле он хотел еще немного подумать, причем где-нибудь далеко от этих серых глаз, которые действительно начинали его волновать. Он уже понял, что не сможет вечно бороться против магии вейлы, что, если честно, его пугало.
- Ты не покинешь этот дом, не приняв решение, - отозвался Люциус.
- Почему же? - возмутился Гарри. - Мы же встречаемся здесь только за столом, и все!
- Это упрек? - тихо поинтересовался Люциус, пытаясь пригасить торжествующий блеск в глазах.
На самом деле он уже несколько дней ожидал, когда парень взорвется, выскажет свое разочарование от нехватки общения. Самому Люциусу тоже не слишком нравилось проводить время только с Северусом, без своего второго партнера. Он не обманывал сам себя, понимая, что любит и Гарри, и Северуса, он хотел видеть рядом с собой
- Нет! - пылко запротестовал Гарри. - Но... ведь...
- Не беспокойся, - прервал его Люциус, и в голосе его проскользнули насмешливые нотки, - я вполне понял, что ты хотел сказать. Но для успешного преподавания нужна хотя бы минимальная подготовка, и поэтому нас с Северусом интересует, должны ли мы за нее браться.
