Она кивнула и всхлипнула, а в груди у меня словно что-то раскололось. В этот момент я все переосмыслила. Я могла быть эгоистичной, но не настолько, чтобы так ранить свою сестру. Хватит. Если Дилан до сих пор не съехал, то уже и не съедет. Нужно выгнать его самой. Не Майли. Я уже достаточно ее использовала.
Я обняла сестру, чувствуя, как ее слезы капают мне на плечо.
– Ты заслуживаешь лучшего, чем он, Майли. Намного лучшего, – сказала я.
Она заслуживала и лучшей сестры – лучшей, чем я, которая заставила ее пережить такую боль, прекрасно зная, что она может сорваться и упасть еще ниже. И ради чего? Чтобы разозлить Дилана? Чтобы спровоцировать его на ссору? Прошло почти три месяца, а его ничего не брало, а значит, не возьмет и дальше.
Я поняла, что все было напрасно.
<p>44</p>Я не знала, что еще сделать, кроме как пустить ситуацию с Диланом на самотек. Он по-прежнему жил в особняке. Майли понимала, что хорошего в нем мало, а я, чтобы вернуть ей уверенность в себе и не дать покатиться по наклонной, пыталась сфокусировать ее внимание на работе и шопинге. Честно говоря, мне надоело играть с Диланом в эту глупую игру.
Он приводил еще женщин, а утром у всех на глазах их выпроваживал. Однажды это случилось, когда мы с Майли завтракали. Он налил себе и своей ночной подружке по чашке кофе, и они, смеясь, выпили его в маленькой гостиной, а через несколько минут девушка ушла. Все это время Майли, сидевшая прямо напротив меня, избегала моего взгляда; ее голова была слегка повернута в сторону гостиной, чтобы разобрать их слова, но ясно слышен был только громкий смех. Я заметила у нее в глазах слезы, и у меня заныло сердце, но как помочь сестре, я не знала. Можно было бы найти ей другую квартиру, но я опасалась, что, оставшись одна, Майли сделает что-нибудь ужасное. Нет, нужно не спускать с Майли глаз, ведь страдает она по моей вине. Я причина ее боли. И всегда была причиной.
Вскоре после того, как у меня появился павильон, Роланд сделал мне сюрприз: мы отправились на Гавайи. Короткий отпуск. На островах Роланд со своим агентом и пиарщиком обсуждали грандиозное возвращение после травмы, и, когда дорогие ужины и посиделки за коктейлями закончились, у нас с мужем осталось пять дней для себя.
