– Президент – вы.
– Да уж не головка испорченной радиолы! – рявкнула Мифлуха и сорвала трубку коммутатора. – Дайте штаб. Крендию.
После недолгого шороха трубка отозвалась голосом министра обороны.
– Какая обстановка с системой Памиры? – с ходу спросила Мифландия Вторая, даже не поздоровавшись с дочерью. Выслушав рапорт, она стала темнее тучи. Две планеты системы Памира были захвачены иррианцами в самом начале вторжения, с тех пор от них не было никаких вестей. Новости оттуда впервые поступили только вчера – к идущим на марше кораблям космической флотилии приблизилась спасательная капсула. Сперва в суматохе её чуть было не уничтожили, даже несмотря на то, что радиоконтакт удалось установить почти сразу. Потом разобрались и поняли, что это капсула крейсера Первого Измерения – с неё ответили люди… Флот, соблюдая огромную осторожность, заарканил неуправляемую консервную банку и тут же передал её госбезопасности: по старинной традиции их крейсера шли вторым эшелоном.
И уже после шлюзования, когда открыли переходные люки, на сотрудников госбезопасности кинулся экипаж капсулы – солдаты-десантники требовали немедленного уничтожения системы Памиры. Сначала их попытались успокоить, потом допросить… но в конце концов решили, что лучше сделать ментоскопирование и снять показания напрямую. Оказалось, что пять выживших человек в разбитой капсуле – это результат второй попытки столицы провинции спастись от иррианского нашествия. Первая попытка провалилась. Отчаянная атака планетарных подразделений для захвата энергетической установки и уничтожения планеты своими силами была остановлена орбитальной артиллерией Ирриании. Воспользовавшись этой суматохой, элитное десантное подразделение флота сумело захватить недостроенный крейсер и вывести его в космос. Их практически не преследовали – пустили вдогонку ракеты и успокоились. И теперь десантники с дрожащими губами требовали уничтожить планеты Памиры вместе с оставшимися на них людьми. Полностью. Срочно, как можно быстрее… Просмотреть ментограммы десантников от начала до конца никто так и не смог – от увиденного люди сходили с ума. Память десантников анализировали насчёт воздействия автоматикой иррианцев – результат удручил ещё больше: воспоминания были подлинными.
– Ну и что будем делать?.. – спросила Мифлуха у Крендии и, выслушав её, тут же бросила трубку с воплем. – Да знаю я, что я – Президент! Знаю! Мне уже доложили!!!
Через три часа был собран Совет министров. Сначала министр госбезопасности сделал краткое сообщение об обстановке вокруг Памиры. Потом собравшимся показали отдельные моменты воспоминаний десантников. Когда погас экран, все сидели молча, с поджатыми губами.
– Звери, – сказал министр культуры.
– Звери? Нет – звери куда менее изощрённы, – возразил министр экологии. – Кстати, с военными они поступают по всем соглашениям… А заключить соглашение о гражданских мы и не додумались.
Министр стулелитейной промышленности сидел крепко сжав кулаки и упёрши взгляд в давно потухший экран.
– Местные жители через прорвавшихся десантников требуют уничтожить планеты системы Памиры. У нас нет оснований считать, что это заговор, – констатировал министр госбезопасности.
– Ну и что нам скажет министр продовольствия?.. – спросила Мифлуха.
– А что я?! – вскинулся министр. – Я-то что?!
– А почему бы и нет? – спросила Мифлуха жёстким сухим голосом. – Если министр госбезопасности не отвечает, министр обороны молчит, то почему бы министру продовольствия, как человеку, тесно знающему нашу дорогую оппозицию в лице государственной преступницы, некой Марии, не высказать своё мнение?
Министр встал и официальным, дрожащим голосом сообщил:
– Министерство продовольствия не возражает.
– Против чего? Уничтожать? Или не уничтожать? – спросила Мифлуха зло. – Против чего вы не возражаете?
– Нам всё равно против чего не возражать. Как решите, так и решите. А мы не возражаем.
– Ах ты ж сука! – заорала Мифлуха, – В кинозал его – фильм ему! Фильм! Пусть смотрит круглосуточно! Скотина. «Не возражает»!
Министра схватили и спешно потащили из зала, он пытался вырваться и отчаянно брыкался.
– Есть ещё мнения? – спросила Мифлуха и обвела зал взглядом.
– А если штурмовать? – спросил кто-то.
– С марша? Самоубийство. Они же там укрепились… Там населения-то осталось… Мы больше солдат уложим при штурме. Да и никто им не помешает самим взорвать планеты, если мы сможем пробиться за первый эшелон обороны, – сказал министр госбезопасности.
– Армия готова выполнить любой приказ, – мрачно сказала Крендия.
– Угробить солдат, угробить заодно и жителей планет, зато с «ура!» на устах. Зато строем, с маршем, с флагами, с салютом победы. С награждёнными. С памятниками. С песнями. Ветеранами, венками. Речами. Обязательными годовщинами. С парадом. Ох, какие мы умеем делать парады!
