Борис Ельцин
Президентский марафон
Размышления, воспоминания, впечатления
СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие
31 декабря
Таня
Операция: до и после
Россия и генералы
Чубайс, или Команда-97
Кириенко
"Без галстуков"
"Восьмерка" и ее лидеры
Работа с документами
По-соседски
Рублевая катастрофа
Осеннее обострение
"Примаковская стабилизация"
...Опять на больничном
"Товарищ" и прокурор
Косово
Отставка Примакова
"Премьерский покер"
Мэр идет в атаку, или Бесплатная кепка
Очень личное
"Ельцин сошел с ума"
"Вторая чеченская"
Последний саммит
Партия центра - "Единство"
Президентские гарантии
Другая жизнь
Вместо эпилога
Моей жене Наине
посвящается
ПРЕДИСЛОВИЕ
Моя первая книга - "Исповедь на заданную тему" - вышла в годы горбачевской перестройки. В ней я ставил перед собой простую задачу рассказать о себе: кто я, откуда родом и вообще какова моя биография. Это было время, когда шла борьба между теми, кто хотел оставить Советский Союз в его прежнем виде, и новыми политиками, отстаивавшими демократические ценности.
Одним из этих политиков был я, и мне пришлось вести страну через трудные, непопулярные реформы.
Эти первые шаги российской демократии, целая череда политических кризисов и потрясений, в основном 1991-1993 годов, стали материалом для моей второй книги - "Записки президента".
В своей новой книге, "Президентский марафон", я обращаюсь к событиям, которые относятся в основном ко второму сроку моего президентства, после 1996 года. Смена правительств и финансовый обвал, поиск нового лидера и жестокая предвыборная борьба - обо всем этом я постарался написать максимально правдиво и честно. И с другой стороны, эта книга в какой-то степени итог моего "десятилетия" в российской политике.
Жанр дневников не предполагает последовательного изложения событий. На протяжении последних лет я урывками, в основном ночью или ранним утром, записывал свои мысли, впечатления.
Сейчас, после отставки, у меня появилось время систематизировать эти записи, дополнить их более подробным рассказом о событиях и о людях. Главная цель книги - рассказать историю наших реформ, мою личную историю - историю первого демократически избранного президента России.
31 ДЕКАБРЯ
28 декабря 1999 года, как обычно, прошла запись новогоднего телеобращения президента к стране. Это бывает всегда в представительском зале Кремля - елка, большие золотые часы, привычный ритуал и новогодний текст. Группа ОРТ, всего несколько человек - режиссер, оператор, звукорежиссер, осветитель, - работала собранно, внимательно. Я пожелал россиянам счастливого Нового года. Встал. Погас текст на телесуфлере.
"Значит, так, - сказал я сухо. - Голос у меня получился какой-то хриплый. И текст не нравится. Будем переписывать".
Лица спичрайтеров вытянулись. Никаких замечаний до записи я не делал, это было для них полной неожиданностью. "Почему, Борис Николаевич?" - "Надо поработать над текстом. Даю три дня. Записывать будем 31 декабря".
Тут уже расстроились телевизионщики: "Борис Николаевич, почему 31-го? А монтировать когда? А если какие-то замечания или, не дай Бог, сбой какой-нибудь? Зачем такой цейтнот?" - "Я еще раз повторяю. Записывать будем 31-го".
И пошел к выходу...
Ну не мог, не мог я объяснить этим милейшим, исполнительным людям, в чем была причина моего неожиданного "каприза". Слава Богу, удивления это не вызвало, только небольшое огорчение: они привыкли к моему характеру, к экспромтам и сюрпризам.
"А вдруг кто-то из них что-то заподозрил?" Я от этой мысли даже замедлил шаг, адъютант сбился с ноги, удивленно на меня взглянул, тоже слегка притормозил.
Длинный кремлевский коридор всегда дает время успокоиться, прийти в себя и подумать.
Подумать было над чем...
Никогда еще я так долго не держал столь важное решение в тайне даже от ближайших помощников из президентского аппарата.
Решения я всегда любил принимать в одиночку. И реализовывать быстро. Принятое решение не терпит волокиты, разговоров, оттяжек. С каждым часом оно теряет силу, эффективность. Поэтому, как правило, я сразу включаю "приводной ремень", механизм реализации: в первую очередь, разумеется, глава моей администрации; за ним - помощники, аналитики, юристы, канцелярия; потом пресс-секретарь, тележурналисты, информационные агентства тоже включаются в работу. С каждой минутой об этом узнает все большее число людей, с каждой минутой от решения как бы расходятся волны.
Так было всегда. На протяжении всех восьми лет моего пребывания на главном посту. На посту президента новой России.
Сегодня все не так, сегодня от начала и до конца я несу груз принятого решения в одиночку. Почти в одиночку.
Потому что об этом решении, кроме меня, знает только один человек. Этого человека зовут Владимир Путин.
Честно говоря, трудно. Трудно носить в себе такую тяжесть. Ужасно хочется с кем-нибудь поговорить.
Но не могу. Если информация просочится - весь эффект будет потерян. Будет потерян моральный, человеческий, политический смысл этого жеста. Будет потеряна энергетика этого решения.
Моего решения об отставке.
