Презумпция лжи полностью

Одним словом, если пытаться представить себе столпов британского имперского истэблишмента ещё более классических, чем Оливер Стэнли и, в чуть меньшей степени, Дафф Купер, то их таких можно будет считать на пальцах одной руки.

Но при этом, как опять же записано в дневнике у Даффа Купера, Черчилль в 1922 г. эпизодически называл их компанию «кучкой молодых Bolshevists»[89] И вот именно в связи с этим у меня глаз и зацепился в приведённой выше цитате за слова об Оливере (курсив мой):

Немецкие социал-демократы и большевики-эмигранты пореволюционного периода — это практически одна и та же команда. И вот их-то, как оказывается, «не мог бросить на произвол судьбы» человек, которого в молодости Черчилль именовал Bolshevist и который вскоре после Мюнхенского сговора создал самую засекреченную и наделённую самой большой реальной властью британскую спецслужбу времён Второй мировой войны — службу стратегической дезинформации (London Controlling Section, LCS — Оливер Стэнли руководил ею в 1941–1942 гг.). Даффу Куперу тогда же поручили воссоздать Министерство информации, отвечавшее за ведение военной пропаганды, и он тоже им руководил первые три года войны, а Брюс Локкарт с начала и до конца войны возглавлял межведомственное Управление политической разведки и пропаганды (PWE). Три близких друга и соратника, три взаимодополняющие спецслужбы, деятельность которых — именуемая на профессиональном языке «психологической войной» — определила многие ошибочные мировоззрения во многих странах мира на многие десятилетия вперёд (Мура очень точно определила характерную особенность работы таких «разведчиков»: «…перебегали от идейки к идейке, революционеры!»). И все они имели в посвящённых кругах британской правящей элиты во времена российской революции Bolshevist-скую репутацию, а позднее во времена московских процессов и начала нацистской экспансии какие-то весьма благотворные отношения в советской России с какими-то особыми Bolsheviks, которых не готовы были и не хотели отдать на растерзание «тоталитаристам». И как минимум с двумя из этих трёх супер-элитных приятелей[90] — этих «английских разведчиков»[91] — Мура и работала, и даже дружила не одно десятилетие: до, во время и после Второй мировой войны…

ПОВТОРЮСЬ: в то время, когда Нина Берберова писала свою «Железную женщину» (1970-е гг.), все процитированные в предыдущей главе тексты и все упомянутые в ней сведения уже давно были доступны любому интересующемуся (либо в Великобритании, либо в США, либо и там, и там). И то, что все они правильно подсказывали, кто такие были на самом деле люди, на которых (или всё-таки точнее с которыми?) Мура «работала», сегодня получило уже совсем прямое доказательство.

В 2007 ГОДУ у британских Либеральных демократов появился новый лидер — Николас «Ник» Клегг. В мае 2010 г. он же стал ещё и заместителем премьер-министра в новом коалиционном правительстве консерватора Дэвида Камерона. Знаменательны же эти события для разговора о Муре тем, что родная прабабушка Ника Клегга — Александра Муллен — это Мурина родная сестра, и Ник Клегг, получается, — Мурин правнучатый племянник; а ещё знаменательно в этой связи, что британские журналюги об этой родственной связи прознали (или, скорее всего, политтехнологи Клегга им сами подсказали) и принялись все разом раздувать рекламную кампанию, построенную на «русской шпионской родословной» молодого политического лидера своей страны. Сначала они дали залп статей в 2007 г. (когда Клегга выбрали лидером его партии), а потом в мае 2010-го, при его назначении № 2-м в правительстве. Вот благодаря этому нечаянно возникшему новому интересу к Муре и всплыл тот удивительный факт, что подтвердил верность найденных сведений о «большевиках», на которых — или с которыми — она «работала».

У Ника Клегга есть двоюродный брат Димитри Коллингридж,[92] тоже правнук Александры Муллен, а значит и правнучатый племянник Муры. Он, будучи независимым продюсером и документалистом, да к тому же давно и хорошо знакомым со странами СНГ, решил, видимо, брата от нападок слишком уж глупых коллег оградить. И произвёл для этого на свет документальный фильм под названием «Моя тётушка тайный агент»,[93] а также написал большой очерк в воскресном приложении газеты The Times.

В очерке Коллингридж и рассказал, как в процессе сбора материалов о Муре заручился в Москве помощью некого бывшего офицера КГБ Прелина,[94] и как этот Прелин нашёл в архивах советской госбезопасности доказательства, что в 1930-х гг. Мура была на связи непосредственно у Генриха Ягоды. Прелин даже дал Коллингриджу посмотреть конкретный архивный документ, в котором сказано[95]: