Я всегда недолюбливала обычные вечеринки, а уж такие, наверное, в сто раз хуже - лицемерие и снобизм явно не самые мои любимые черты в окружающем обществе. Но я прекрасно понимала, что для Воронова это крайне важно - спустя несколько заседаний появилась надежда, что его срок будет лишь условный. Возможно, единственный случай в моей жизни, когда я была рада коррумпированности чиновников. Но в любом случае его на несколько лет отстраняли бы от должности генерального директора, и это значит, что вся фирма достается его партнеру и другу - Артему. Саша ему доверял как брату, но в любом случае ему надо было успеть уладить много дел, поговорить с множеством людей, проверить море документов. Вечеринка - хорошее место для собрания всех, кто ему нужен, а в непринужденной обстановке люди охотнее идут на переговоры и соглашения. Несмотря на лихорадочнее поправление всех своих дел, Воронов был крайне спокоен, как будто это не он может через две недели оказаться в тюрьме. Я наоборот думала об этом постоянно, и мне становилось очень страшно, что я очень скоро могу потерять то хрупкое счастье, которое наконец установилось в моей жизни. Так что я отчаянно надеялась на смягчение приговора и условный срок. А еще в моей душе отчаянно жила надежда, что все разрешится хорошо, и мы сможем доказать, что Сашу подставили.
- Если тебе это важно, то да, конечно, - прикоснулась пальцами к его руке.
- Спасибо, - он сжал мою ладонь, согревая своим теплом.
- Да это же ничего такого, - я смутилась.
- Для меня очень важно, поверь. Я тебе оставлю карточку, купишь себе что-то сногсшибательное, чтобы все челюсти уронили?
- Конечно, но я вполне могу себе позволить купить себе все сама! - негодующе посмотрела ему в глаза: я не содержанка, которой надо покупать всякие безделушки, чтобы ее умаслить.
- Не кипятись, я просто хочу сделать тебе приятное. Можешь считать, что все мое - принадлежит тебе.
Я от такого заявления поперхнулась кофе и закашлялась.
- Ты как-то думай, прежде чем говорить, хорошо?
Воронов улыбнулся во все тридцать два. Иногда он начинал меня немного пугать.
Мы закончили завтракать, и мужчина начал собираться на встречу со своим адвокатом. Я убрала на кухне и тоже решила не терять время зря и пошла одеваться.
- Сможешь вечером заехать за мной?
- Да, а куда? - он подошел сзади, окутывая запахом моего любимого парфюма, от которого ноги подкашивались.
- От моего дома, я хочу опять Крыса проведать, - откинула голову назад, смотря на него снизу вверх.
- Без проблем. Пиши мне тогда, во сколько точно мне там надо быть, - Саша намотал мои волосы на кулак, заставляя еще больше выгнуться.
Медленный будоражащий поцелуй, близость такого желанного тела, рваное дыхание на губах перемешивается с моим.
- Я как будто в очень странном дне сурка, где каждый раз ухожу по делам, но не в силах оставить тебя. При виде тебя я начинаю задыхаться, - прошептал он, водя носом по моей шее, посылая волны мурашек.
- И я, - выдохнула, прижимаясь к Воронову ближе.
- Буду с нетерпением ждать вечера, - он с сожалением отстранился, - машина уже подъехала.
- Удачи сегодня, - я развернулась к нему лицом и получила целомудренный поцелуй в нос. - Эй!
- Я буду писать, не скучай. - и я в очередной раз осталась одна.
Когда собиралась уже выходить на тумбочке рядом с ключами и телефоном обнаружила кредитную карточку с подписанным паролем. Ладно, хорошо, он сам напросился.
Я вертелась перед зеркалом, придирчиво разглядывая себя то с одной стороны, то с другой. Платье было восхитительным - кружевное, глубокого бордового цвета с широким шелковым поясом на талии. Мне было все равно на мнение всех тех, кто мог нам встретиться на мероприятии, но в глазах Воронова я хотела выглядеть идеалом. Мне невероятно нравилось, когда в его взгляде зажигались неприкрытые огоньки восхищения.
- Кать, ты там жива? - осторожный стук в дверь.
Просто я нагло оккупировала его ванную и сказала ни в каком случае ко мне не заходить. Сразу видно мужчину, который долго жил в одном доме с женщиной - Саша проявил беспокойство только спустя часа полтора: завидная выдержка.
- Да-да, сейчас выйду, - отозвалась, подправляя макияж в последний раз, и вышла к нему.
Замерла под непроницаемым темным взглядом, медленно покружилась и склонила голову на бок, ожидая вердикта.
- Черт, - сипло проговорил он, - очень красиво.
- Правда? - я выставила ногу вперед, открывая разрез до бедра.
- - У меня сейчас два диаметрально противоположных желания: завернуть тебя в простыню и никуда не отпускать, и показать всем, какая ты у меня красивая, - выдохнул мужчина, вгоняя меня в краску.
- Спасибо. Ну, пошли?
Я немного нервничала, потому что примерно представляла всю атмосферу таких тусовок для "избранных", и мне не хотелось быть объектом повышенного внимания. Не представляю, каково Саше - его имя полощут во всех газетах уже битый месяц, но мужчина, сидящий рядом со мной на заднем сидении выглядел вполне спокойным. Удивляюсь его выдержке.
- Через сколько подъехать? - спросил водитель, когда мы вышли из машины.
