Я замялась. Ну не говорить же человеку, что у меня от одного его взгляда поджилки трясутся. Да и другая причина была, почему меня начинало немного потряхивать от перспективы провести в маленьком замкнутом пространстве минимум час. В детстве я тоже застряла в лифте, только он был старым, темным, с вырванной кнопкой вызова диспетчера. И вызволили меня только вечером, когда люди начали возвращаться с работы. К тому времени я уже собралась доживать свои последние часы в темной вонючей коробке. Страх из детства преследовал меня всю жизнь, вылившись в локальную форму клаустрофобии. Поэтому я всегда немного нервничала, когда заходила в лифт, и чаще бегала по лестницам, когда не опаздывала. И сегодня решила проехать не на главных лифтах, а на служебном, чтобы на глаза никому не попасться. И почему в закрывающиеся двери проскользнул Воронов, мне категорически непонятно.
- Простите, Александр Сергеевич, я просто не выспалась.
- Понимаю вас, - он с усилием провел по лицу рукой, - сам уже вторую неделю плохо сплю.
Я с удивлением на него посмотрела: мне вообще иногда казалось, что он не человек, а робот. Всегда работал допоздна, всегда был занят работой, в общем, трудоголик до мозга костей. А он, оказывается, спит плохо.
- Говорят, что магнитные бури сейчас сильные.
- Может быть, - он пожал плечами.
Воцарилось молчание. Я не знала, о чем с ним говорить, да и не хотелось, в общем-то. Достала мобильник, проверила время, вздохнула - ещё как назло сегодня наушники дома забыла, даже на музыку отвлечься не могу.
К горлу медленно, но верно подкатывала паника. Я старалась смотреть в одну точку, но мне все равно начало казаться, что стены начинают медленно сужаться. Я поставила сумку на пол и обхватила себя руками. Кать, ну подумаешь - это всего лишь игры воображения, вон, начальник рядом стоит, капается в смартфоне, и ничего, у него потолки сверху не падают. Помогло ненадолго, и теперь на меня начала двигаться дверь. Я отшатнулась к задней стенке, плотно зажмурив глаза и как попугай повторяя, что все это игры воображения.
- Екатерина Игоревна, вам холодно? - послышался голос шефа, и я приоткрыла один глаз.
Он стоял рядом со мной, возвышаясь на добрых полторы головы, и от этого казалось, что в лифте стало еще меньше места. Я поспешила закрыть глаза.
- Н-н-нет, все н-нормально.
- Да вы же вся дрожите! - он действительно беспокоился.
А меня уже действительно трясло, стало очень трудно дышать, казалось, что каждый вдох я вырываю чуть ли не с боем.
- П-п-простите, я п-п-просто немного б-б-боюсь зам-м-мкнутых п-п-пространств.
- Ох... идите сюда.
Секунда, и меня притянули к себе, заключив в теплые объятия. Меня окутал запах его невероятного парфюма, от которого голову просто сносило. Надо производителей убивать за такое действие духов на людей. Я попыталась дышать нормально, но все еще не получалось - дыхание прорывалось вместе с рваными всхлипами.
- Ну что же вы, все не так страшно, скоро нас вызволят отсюда, да и я не позволю, чтобы с вами что-нибудь случилось, - теплая ладонь скользнула по вздрагивающей спине, даря чувство защищенности.
Боже мой, он успокаивает меня как маленького ребенка. Я же потом в глаза смотреть не смогу от стыда.
Воронов говорил что-то еще, совершенно ненужное и чепуховое, просто, чтобы не молчать. И я постепенно успокаивалась, перестав дрожать и задыхаться. Открыла глаза, но увидела лишь черную ткань костюма, в которую уткнулась носом. Не удержавшись потерлась об нее щекой. Рука на спине на мгновение замерла, но потом вновь пришла в движение.
- Вам лучше?
- Д-да, простите, - я попыталась отодвинуться, но вышло слишком вяло, и меня опять привлекли к себе.
- Бросьте, я понимаю, что такое приступ клаустрофобии, и то, что вы не симулировали, чтобы оказаться в моих объятиях, - в его голосе послышалась улыбка.
Я ничего не ответила, лишь обняла его в ответ, чтобы удержаться в вертикальном положении. У меня после вот таких вот припадков всегда была дикая слабость, и штормило так, как будто я намедни выпила три бутылки паленой водки.
В общем, когда лифт починили, я была уже в более-менее вменяемом состоянии, в плане того, что передвигаться сама могла. Скомкано попрощавшись с Вороном и еще раз поблагодарив его, я ретировалась в свой отдел. Но и там все было не очень спокойно - до Светы уже дошли каким-то неведомым образом слухи, раздутые до размеров дирижабля:
- Кать, ты что, с Вороновым спишь?!
Я аж закашлялась. Леша сердобольно похлопал меня по спине.
- С чего ты вообще взяла?!
- Мне тут птичка на хвостике принесла, что вас вызволили из лифта обоих помятых и крайне довольных. А ещё недели полторы назад он тебя из офиса на руках выносил, - Блондинка победно улыбнулась, предчувствуя новую сплетню и скандал.
Боже мой, и когда она только успевает?
