— Я бы спросил себя: что могут дать пятьдесят миллионов линиров?
Феб тяжело вздохнул:
— Имеем ли мы право вмешиваться в историю? Если речь идёт о том, что способно изменить судьбу всей Арлии…
— Воняет трусостью.
— Нет! — Торопливо воскликнул Феб. — Я готов идти, куда бы не завела меня моя звезда! Но каждое решение нужно просеять через три сита: силы, желания и ответственности.
Найдер переглянулся с Разом. Феб такой Феб! Тот был ровесником оша, но по количеству жизненного опыта и внутренней силы иногда казался десятилетней девчонкой.
Их знакомство началось с того, что этого горе-учёного выгнали из университета и гильдии за продажу запрещённых лекарств и тот, не выдержав позора, решил покончить с собой. Найдер вытащил Феба из петли в комнате на втором этаже «Вольного ветра». Придурок чертов. Даже место не смог выбрать нормально. Так Феб и остался — то ли из благодарности, то ли из растерянности вступил в дело и начал готовить лекарства на заказ.
Внешне это был настоящий боец: высокий, мощного телосложения, с короткими стрижеными волосами, но всё: имя, характер, увлечения, взгляды — противоречило образу. Неудивительно, если святоша струсит. Но всё-таки польза от него была, отрицать это не стоило.
— Феб прав, подобных дел у нас ещё не было, — Джо выглядела непривычно серьёзно. — Мы даже не знаем, во что впутываемся!
— «А на дело возьмёшь?» — Найдер передразнил голос сестры. — Ладно, если вы так хотите, давайте обсудим. Мне нужна моя прежняя команда, а не кучка трусливых щенков. Я знаю, что вы можете многое. И уж тем более многое можем мы вместе. Феб, речь идёт о магии — ты нам понадобишься со всем своим запасом таблеток и знаниями из медицины. Неизвестно, что с нами произойдёт, и как мы соприкоснемся с этой чертовой магией. Может, только ты нас и сможешь вытащить с того света.
Найдер встретился взглядом с Реной. В голубых глазах так и читался вопрос: «Ну давай, что ты мне скажешь?» Они не особо ладили, но отец говорил, что мудрый глава племени способен одолеть любую бурю в душе, он всегда думает о своих людях и знает, что сказать. И пусть из оша здесь были только двое, Найдер относился к остальным как к своему племени и хотел быть тем самым мудрым главой. Получалось плоховато, но хоть как-то.
— Рена, ты всегда была нашими глазами и ушами. Я доверяю твоим словам, это правда. И сама знаешь, что среди нас должен быть хоть один приличный рассудительный человек, иначе мы пропадём, — Найдер улыбнулся.
Рена закатила глаза:
— Как заговорил!
Но по лицу девушки было видно, что она смутилась. Вот так вот ей. Грязный оша тоже умеет говорить и уж точно не хуже знатной нортийки.
— Эй, Джо, помнишь, что всё племя собрало деньги и принесло их моему отцу, чтобы он открыл таверну? В него поверили, хотя он подвёл их — ничего не вышло. Это дело поможет мне расплатиться с ними. А тебя отдадим учиться, ты ведь хотела. С такой суммой сам ректор Кионского университета поприветствует тебя!
Джо рассмеялась и с довольной улыбкой принялась чистить апельсин. По комнате разлетелся приятный запах цитрусов. Найдеру он напоминал детство: ещё мальчишкой он обожал апельсины, и отец был готов на последний линир купить сыну любимый фрукт.
— А тебе, Раз, я ничего не скажу. Я знаю, ты хочешь взяться за дело не меньше моего — и плевать, по какой причине тебе это нужно, молчун чертов. Мы его доведём до конца, это я тебе обещаю.
Рыжий кивнул. Найдер был готов поклясться, что на лице парня появилась тёплая улыбка, но, наверное, это он сам надумал её. Что-то, похожее на чувства, Раз проявлял лишь ранним утром, когда его лекарства ослабевали. А, ну ещё это было три года назад, когда рыжий появился в таверне и не начал пить таблетки Феба. В общем, так давно, что уже не считалось за правду.
— Лаэрт Адван сейчас в Норте. Если мы хотим заполучить его разработки первыми, мы должны отправиться туда.
Найдер кивнул Рене. Когда речь заходила про дело, на неё можно было положиться. И неважно, что цели у них сильно различались. За умение действовать он уважал девушку. В чём-то с ней было даже проще, чем с Разом.
— Итак, мы едем в Норт, — решил Найдер. — Поплывём морем, через полтора дня будем там. Я всё устрою. Отправимся впятером.
— Не люблю север, — с набитым ртом проговорила Джо.
Оша были кочевым народом, но редко заходили на север. У них говорили, что север злой. Действительно, чем южнее они ходили, тем легче была жизнь, а люди — добрее и спокойнее. Наверное, поэтому в Кионе так сложно — северные люди, злой нрав. Но Найдер, всегда живший в городе, не чувствовал себя настоящим оша: он был готов воевать хоть со всем севером, но не бежать на юг, как делало племя.
— Не люблю Норт, — в тон ей ответила Рена, но с такой же решимостью, как у Найдера, продолжила: — И всё же надо опередить других. Пока Адван там, мы должны найти его и обокрасть, что бы он там не прятал.
— Да, — коротко ответил Раз, насупившись.
