В трущобах Норта Найдер нашёл компанию отбросов — казалось, они отбитые на голову, но только такие могли согласиться за сутки организовать нападение на поезд.
На самом деле, план был очень, очень непродуманный — одни сплошные «но». Он состоял из надежд, и это было всё, на что они сейчас могли положиться. Адван буквально не оставил за собой ни одного следа — выследить его в Норте не удалось, тогда Найдер решил уцепиться за идею с поездом.
Но если не получится, этот чертяка всё равно не уйдёт. Оша чувствовал себя готовы хоть сутки напролёт вынюхивать кионскую землю, но найти аристократа и забрать свои миллионы.
Джо, скривив лицо, села на выступ площадки рядом с Найдером. Двое железнодорожных рабочих лежали связанными в своей сторожке — на сегодня их служба закончилась, и командование дорогой перешло в новые руки.
— Най, а мы не перестарались? — спросила сестра, достав из кармана яблоко и откусив от него со смачным хрустом. — Почему нельзя было дождаться, пока Адван будет в Кионе?
— А если там его уже поджидают?
— Ну а напасть в пути до дома?
Найдер бросил взгляд на парней, сидящих по другую сторону площадки, и заговорил тише:
— Джо, мы не знаем ничего — ни сколько людей с Адваном, ни есть ли у него оружие или защитники. Поэтому я сделал как можно больше. К тому же нам нужно прикрытие. Ограбить одного или всех — что понятнее? Это условие Ризара. Если мы подставимся и хоть кого-то из нас начнут подозревать, мы не получим свои деньги. Он не просто так требовал имена тех, кто будет участвовать в деле.
— Най, тебе не кажется, что это слишком? Он знает так много про нас, а мы про него — ничего. Ты проверял, кто такой, этот Кантор Ризар? Где гарантия, что он заплатит?
Чертовы гарантии — хотел бы Найдер их получить! Они ввязались в авантюру, он сам это прекрасно понимал, но любой риск был оправдан, когда речь шла о такой сумме. Не заплатят? Что же, тогда за Адвана можно будет получить выкуп. Оша не сомневался в успехе — вопрос заключался в том, как он к нему придёт и когда.
Ладно, противный червь сомнений всё равно иногда подтачивал уверенность. Найдеру не нравилось нарушать собственные правила, работать на человека без настоящего имени, без открыто названных целей, даже без чёткого понимания, что нужно — то ли бумаги, то ли разработки, то ли сам Адван. Но… Чёрт возьми, разве миллионы не стоили небольших условностей? Речь ведь шла не просто о деньгах — о защите дома, о свободе от предрассудков. С купюрами весь Цай, весь Кион увидят в нём не грязного оша, а равного себе. Всё ведь в этом проклятом городе покупалось, в том числе уважение.
— Нигде, Джо, нигде. Но В Цае договоры не подписывают. Ради своих миллионов я готов рискнуть.
— А Раз? Ты знаешь, почему он так бесится, когда слышит об Адване?
Найдер поморщился.
— Догадываюсь. Но разве этот чёрт сам что-то скажет?
— Я боюсь, он совсем слетит с катушек, — призналась Джо, но слова из-за пережёвывания прозвучали невнятно. — Ты видел, как изменился его взгляд? Мы должны помочь. Ему не стоит принимать таблетки.
Найдер, нахмурившись ещё посильнее, положил трость себе на колени и провёл рукой по гладкому дереву. Да, он знал, что такое слететь с катушек: трость, подобранная не рядом с трупом — с кашей из крови и мяса, в которую он превратил соперника, была тому доказательством. Но даже самые громкие слова не могли пробраться внутрь человека, если тот не хотел. Лучше слов объясняли поступки, скорее потери, горькие и щемящие. И пусть хоть каждый из них будет говорить с Разом, тот не услышит никого. Всё, что они должны были сделать, это остаться рядом с другом, чтобы помочь, когда придёт время.
Найдер громко фыркнул:
— Отстань от Раза, Джо. Он каждый день делает свой выбор. Если мы начнём спорить, да хоть запрячем его таблетки, он не скажет «спасибо», только возненавидит. Он должен сам понять. И поймёт рано или поздно. Ну а если нет, хладнокровный ублюдок в команде мне не помешает, — оша ухмыльнулся.
Джо кинула ему на колени огрызок со словами:
— Ты кислое яблоко, Най.
— Да-да, я помню, — он смахнул остатки огрызка на снег. — А ты-то кто у нас?
Сестра широко улыбнулась:
— Самая вкусная булочка на свете.
Дирк, проходя мимо, ухмыльнулся:
— Съел бы я такую булочку.
Найдер подскочил с места и, схватив трость, ударил парня поперёк груди так, что тот сразу выпучил глаза и согнулся. Резкое движение отозвалось болью в ноге, хотелось также согнуться, потирая её, и простонать от боли. Вместо этого он громко сказал:
— Ещё раз подобное услышу, отымею этой же тростью, ясно?
Оша с невозмутимым видом вернулся на место и снова уставился на тоннель.
— Ты когда превратился в грозного брата? — Джо удивилась. — Раньше моя личная жизнь тебя не волновала.
— Раньше ты не подбирала тупых бродяг. Выбирай из оша кого-то. Или Раза.
