После слов Раза, подкреплённых рассказом Мики, Лаэрт показался Рене настоящим ублюдком, который ради своего успеха готов пойти на всё. Она представляла, какие у него хитрые глаза, коварная ухмылка. В поезде же появился мужчина со строгим, но печальным взглядом. Потом Рена решила, он настоящий лис. Заподозрил, что в поезде готовится ловушка, и сумел сбежать — как, куда? Пока девушка следила за ним, образы менялись друг за другом: Лаэрт не оставался один, но то держался в стороне и смотрел с видом человека, смертельно уставшего от людей, то веселился вместе со всеми, вот как сейчас. Что из этого было правдой?
Пора узнать, но Лаэрт, кажется, не планировал вставать со своего места, чтобы они могли случайно столкнуться. Что же, как говорили дома, если боги не дают шанса, нортиец берёт его сам.
С бокалом вина в руках Рена пошла вдоль окна, словно любовалась видами. Темнеющие башни высились на фоне василькового неба, и это зрелище стоило внимания, но она всё равно раз за разом возвращалась взглядом к Лаэрту. У стола химиков, за которым собралось человек двадцать, девушка пошла ещё медленнее.
Отдыхающие разделились на группы по двое-трое и разговаривали между собой. Стеклянный стол ломился от закусок, то и дело звенели бокалы и стаканы, наливалось вино, виски, бренди. Рена ожидала увидеть что-то другое — да, учёные собрались в самом дорогом месте Киона, но сейчас они больше походили на обычных людей во время пьянки, а не на цвет города. Может, зря гильдию так превозносили?
Рена заметила, что один из сидящих внимательно разглядывает её, скорее пожирает взглядом, и, отвернувшись к окну, дошла до конца стола.
— Ты даже не химик, — послышался пренебрежительный голос соседа Лаэрта, молодого парня.
Рена ещё сильнее замедлила шаг и уставилась на спины сидящих.
— Да. Тем не менее, я здесь, — Адван ответил с тем же ледяным спокойствием, которое Рена так часто замечала у Раза.
Девушка, сидящая по другую руку, бросила на Рену подозрительный взгляд и по-хозяйски положила ладонь на плечо Лаэрта, выгнувшись так, чтобы стала видна оголённая спина.
— Я с кафедры биологии, Димас, — дразнящим голосом ответила девушка. — Важно, с кем ты дружишь, — она бросила многозначительный взгляд на Лаэрта. — а не что делаешь в гильдии.
Адван дёрнул плечом, сбрасывая руку соседки, и начал подниматься. Рена повыше подняла бокал, шагнула к столу. Учёный резко обернулся и столкнулся с девушкой — вино выплеснулось ей на грудь. Сначала он посмотрел в глубокий вырез пиджака, затем медленно перевёл взгляд на лицо и протянул взятую со стола салфетку:
— Я бы вам сам помог, но, наверное, не стоит?
Даже голосом Лаэрт так напоминал Раза! Только более самоуверенного, насмешливого — и чувствующего. Если бы друг не оказался в больнице, говорил бы он так же? А как выглядел, как вёл себя, о чём думал?
Сделав сердитое выражение, Рена выхватила из рук салфетку и промокнула грудь.
— Да, лучше вообще от меня отойдите! Смотреть надо, куда идёте!
Лаэрт уставился на Рену так, словно пожирал взглядом — не как тот, другой химик, с вожделением, а иначе. Он, казалось, хотел добраться до самого нутра и выпотрошить его, чтобы узнать, что внутри — от этого взгляда хотелось спрятаться. Но голос Адвана звучал всё с тем же спокойствием:
— Извините, дана. Я не ожидал, что кто-то будет стоять позади. Что вы, собственно, здесь делали? Эта часть зала выкуплена.
На неё уже поглядывали сидящие рядом. Хорошо, играть так играть.
— Что-то я не вижу ни надписей, ни заграждений, — насмешливо ответила девушка. — Или что вам, жалко? Поэтому решили облить меня?
По взгляду Лаэрта Рена поняла, что выбрала не ту тактику — наглость с ним не пройдёт. Он не станет отвечать, а уйдёт молча. Не дав ему сказать, Рена с улыбкой склонила голову набок и произнесла игривым тоном:
— Но если вы посидите со мной, я забуду о вашей неуклюжести — или о намеренном преступлении.
Девушка в платье с открытой спиной, уставившаяся на них, недовольно скривила губы. Лаэрт заметил этот взгляд и ответил:
— С удовольствием, дана. С меня шампанское, вы правы, я должен загладить свою вину.
Голос прозвучал шутливо, но лицо оставалось бесстрастным. Рена явственно чувствовала, что не нужны Адвана никакие посиделки с незнакомой девушкой — он ищет повод сбежать от учёных. А может, что-то ещё?
— Лаэрт, не стоит оставлять кафедру в такой день.
Мужчина равнодушно пожал плечами, едва посмотрев на девушку в платье:
— Но она же меня оставила, — он повернулся к Рене. — Идёмте, дана.
Шагнув следом и оказавшись совсем близко, она почувствовала исходящий от него древесный аромат и едва заметный — табачный.
Они остановились у свободного столика в другой части зала, у самого окна. Лаэрт услужливо отодвинул стул, давая Рене сесть. Тут же подскочил вышколенный официант. Пока Адван заказывал шампанское, девушка смотрела в окно, разглядывая в нём размытое отражение себя и Лаэрта.
