глазел на нее, они шептались, некоторые осмеливались позвать ее. Элиана не могла
смотреть на них, не могла заставить себя ответить. Да и что ответить?
Что она такого сделала?
Вопрос гремел в ее голове, ударялся о каждую кочку и корень долгой дороги к
дворцу короля. Она так и не нашла ответ, когда они остановились на ночь в скромной
гостинице, и ее заперли одну в холодной комнате. Она не приблизилась к разгадке и
утром, когда, дрожа, забралась в телегу, и ее повезли по незнакомой дороге, ведь так
далеко от дома она не была.
И она не знала ответ, когда увидела перед собой королевский город, когда
разглядывала высокие крыши и сияющие окна Крейгбара. Она не выдержала этот вид и
спрятала лицо в ладонях, словно могла так скрыть себя от любопытных взглядов
прохожих, с интересом смотрящих на телегу, едущую по центральной улице. Она не
понимала, зачем король послал за ней вооруженных людей, чтобы забрать скромную дочь
мельника из ее любимого дома?
Телега остановилась.
- Откройте именем короля! – прогудел гонец.
Элиана убрала руки от лица и увидела огромные ворота дворца, которые открылись,
как пасть чудища, готового проглотить ее заживо. Телега снова покатилась, и Элиана
схватилась за край, чтобы не вывалиться, ее костяшки побелели от ужаса. Они миновали
огромный двор, Элиана замечала мраморное великолепие и красивые камни на дороге.
Но она смотрела только на одно: деревянный, почти построенный эшафот в центре
двора. Работники гремели молотками о гвозди, и, пока Элиана смотрела, они установили
виселицу.
Ее кровь леденела в венах.
Мир рушился в тумане. Ее голова кружилась, она не понимала, что случилось, но
ощутила, как сильные руки хватают ее и снимают с телеги. Может, Элиана упала в
обморок, но спокойное забвение тьмы не окутало ее.
Вместо этого она просто отключилась, пока не оказалась во дворце, но не такую
комнату она ожидала увидеть в стенах красивого Крейгбара. Она была с низким
потолком, пустая, с одним окном. Из вещей была только прялка, стоявшая в центре.
Вокруг были тюки соломы.
Почему-то от этого Элиане стало даже страшнее, чем от виселицы. Она боялась так,
что сердце замирало, она не сразу поняла, что ее оставили одну в комнате.
- Вот и ты, - сказал странный голос. Не громкий, но такой, что все повернулись бы
его слушать. Элиана развернулась и узнала лицо перед собой. Три раза моргнув, она
поняла, откуда его знает – это лицо она видела на медных монетах, сколько себя помнила.
Эта борода, длинные усы, лоб – их нельзя было ни с чем спутать.
Она стояла перед королем!
Пытаясь присесть в реверансе, Элиана упала на колени и не нашла силы встать.
Король Гендри посмотрел на девушку перед собой, в ее грязной одежде и со
спутанными грязными волосами, с босыми ногами и грязными пальцами. Она могла быть
только крестьянкой! Конечно, у нее была магия, ведь так все работало. Так работало в
Грире, и если в Грире все было так хорошо, то и у него…
- Твоя мать хвалила твои впечатляющие навыки, - сказал он, скалясь дрожащей
девушке, скрестив руки на груди, - и слова о тебе достигли моих ушей. Пора доказать свои
навыки. Сплети из этой соломы золото к утру. Иначе умрешь из-за лжи матери.
Глаза Элианы открылись так широко, что заняли большую часть ее лица. Она
смотрела на короля, безмолвно открывая и закрывая рот. Он видел ужас на ее лице, и
подозрение сжало его желудок, подозрение, что он глупо поверил слухам. Подозрение,
что он ошибся. Подозрение, что он только устыдится, а дева зря погибнет.
Но он отогнал эти мысли, закрылся от них, как от врагов.
- Ты знаешь, что должна сделать, - сказал он и вышел из комнаты. Дверь
захлопнулась.
Элиана опустила голову и заплакала.
* * *
Как-то Элиана уснула. От усталости и страха она опустила голову на тюк соломы, не
обращая внимания на покалывание сухой травы, и затерялась в беспокойном сне.
Она резко проснулась и охнула. В окно она увидела звезды и поняла, что проспала
большую часть вечера. Ее лицо опухло от слез, сон не дал ей отдохнуть.
Напряженно встав, она прошла к окну, отбрасывая босыми ногами солому с каждым
шагом. Она выглянула, надеясь увидеть страну за стенами дворца. Хоть немного земли,
намек на дом.
Но она увидела виселицу во дворе.
Она всхлипнула и отпрянула, слезы снова заполнили ее глаза. Она оглянулась на
прялку. Что сказал король? Солому в золото?
- Мачеха, что вы наделали? – прошептал она. Как могла госпожа Карлин так сказать?
И как король мог поверить такому? Она закрыла глаза, борясь с волной страха и тошноты.
- Дева, почему ты плачешь?
Элиана развернулась, сердце подпрыгнуло к горлу. Ее глаза расширились при виде
тени в углу, но было слишком темно, чтобы разглядеть лучше.
- Кто здесь? – осведомилась она.
Вдруг свет звезд стал ярче, и комнату залило серебряное сияние, яркое, как день.
