Из дальнего конца комнаты начинался тоннель, вход прикрывал лист мятой жести. Они заглянули внутрь. Там было темно, но стенки были хорошо укреплены досками.
Скорее всего, он вёл прямо в систему окопов шадикцев.
— Что будем делать? — спросил Врил.
Криид не обратила на него внимания. Она смотрела на полевой телефон, мигавший огоньком вызова.
«Фес».
— Нам нельзя здесь оставаться. Они либо запечатают этот туннель, когда не получат ответа, либо прибудут с подкреплением.
Вдалеке по всей нейтральной полосе загрохотали пушки и миномёты, установленные вдоль фронта шадикцев.
Она снова посмотрела на вход в туннель. Это был отличный шанс проникнуть в тыл врага. Но не сегодня.
— Уходим! — приказала она, её микробусина была настроена на канал взвода. Она была последней, кто покинул мельницу.
Задержавшись на выходе, она швырнула бомбу в отверстие коммуникационного туннеля, взрыв завалил его землёй и грязью. Раз уж им не суждено им воспользоваться, то и шадикцам ни к чему.
Рассвет над линией Пейнфорка наступил рано, пасмурный и туманный. Снова пошёл дождь, и ранний артобстрел в этот раз начался по северному направлению.
Гаунт ждал в своём блиндаже, вертя в руках почти пустую чашку кофеина.
Химзащитная шторка отодвинулась, и вошёл Даур.
— Что за история? — коротко спросил его Гаунт.
— Пятый, Десятый и Одиннадцатый вернулись. Десятый всего несколько минут назад.
— Потери?
Даур покачал головой. — Они избегали контактов: просто отступали, когда дела принимали слишком активный оборот.
— Добыли что-нибудь полезное?
— Криид повезло. Её отряд в ходе разведки наткнулся на какое-то старое строение, вроде мельницы, которого не было на карте. Оказалось, там был наблюдательный пост.
Они сняли солдат, которых там обнаружили, и нашли замаскированный ход, ведущий к вражеским окопам. Криид запечатала его.
— Как?
— Бомбой. Она недовольна. Думаю, она собрала бы команду и разузнала что да как, если бы всё не вскрылось.
— Она поступила правильно. — Даур кивнул. — Семнадцатый? — спросил Гаунт.
— Пока ничего. Никаких признаков. Вокс молчит. Сорик и Криид подтверждают, что вся суматоха началась на фланге Рэглона.
Гаунт осторожно поставил фарфоровую чашку на стол, потому что готов был запустить ею в стену. В первую же ночь он послал четыре взвода, чтобы сыграть в новую игру Альянса, а вернулись только три. Рэглон. Он был вокс-офицером Гаунта несколько лет. Он был ужасно горд, когда получил свои лычки и взвод в распоряжение.
— Что будем делать, сэр? — спросил Даур.
— Мы сделаем всё по инструкции, — ответил Гаунт. — Пусть все сменятся. Завтра вечером отправим ещё четыре взвода, в четыре новых района. Халлер, Брей, Домор и Аркуда. Объяви им готовность. Скажи им…
— Что, сэр?
— Завтра ночью я пойду вместе с ними. — Даур помедлил. — Как Ваш старший офицер, сэр, я рекомендую Вам не делать этого.
— Принято к сведению.
— Для протокола, Вы понимаете, сэр.
— Да. Спасибо, что исполняешь свой долг, Бан.
— Я тоже хочу пойти, сэр.
Гаунт изобразил подобие улыбки. — Ты знаешь, я не могу этого допустить. Только не мы оба.
— Тогда позвольте мне пойти вместо Вас.
— Не в этот раз. Бан. Я выбил приличное задание для половины Призраков. И я чертовски серьёзно намерен поддержать тех, кому выпало исполнять паршивую половину уговора. Может быть, ты пойдешь в следующий раз? Ну, как, по рукам?
— По рукам, сэр.
Даур вышел всего несколько минут назад, и вот, газовая шторка вновь отодвинулась. Это был Цвейл.
— Я слышал, что мы потеряли кое-кого, — начал старый хагианский священник, без приглашения присевший за стол. — Взвод Рэглона. Я хочу пойти с тобой сегодня вечером. Если есть шанс, что мы их найдём, я бы хотел оказаться там.
— Не можем же мы снова направиться в тот же район, отец. Это не имеет смысла.
Цвейл нахмурился. — Ты не хочешь пойти туда, даже для того чтобы увидеть всё собственными глазами?
— Мы обязаны исследовать другие направления, отец. А не те, где нас уже поджидают шадикцы. Это стандартный полевой приём.
— Чей?
— Мой.
— Хммм, — протянул Цвейл и повернулся лицом к Гаунту. — Тяжёлая работёнка тебе выпала.
— Как и всегда.
— Да, но отправлять отряды в эту… пустошь… в надежде, что те смогут отыскать брешь в обороне врага. Зачем ты снова идёшь на это?
— Ты чертовски хорошо знаешь, зачем, Цвейл. Не делай вид, что Даур тебе ничего не рассказывал.
Цвейл осклабился. Гунту всегда нравилась эта ухмылка с того самого момента, как он впервые встретил старого священника на Хагии. Она излучала уверенность, мудрость.
— Хорошо, Ибрам. Представь, что я – Даур. Поведай мне о своих планах.
— Так не пойдёт. У тебя нет допуска.
— Ну, наверное я мог бы его получить… с твоего разрешения.
— Нет, Цвейл.
Старик протянул руку, выставив костяшки пальцев. — Сыграем на это? В кулачки.
— Ой, ради всего святого…
— Ты что, боишься, что тебя побьёт старый священник?
Гаунт ловко обернулся и прижал свой кулак к кулаку Цвейла. — Никогда не дразни офицера гвардии, — сказал он.
Цвейл кивнул. И тут же щёлкнул Гаунту по костяшками пальцев справа.
— Ау! — воскликнул Гаунт. — Я не знал, что мы уже начали!
— Теперь ты в курсе. Кто больше из трёх?
