Гаунт промолчал, затем стукнул сам, но промахнулся, потому что Цвейл вовремя отдёрнул руку.
В ответ старый клирик дёрнул рукой, сделав ложный выпад, и снова ударил по костяшкам Гаунта справа. — Ну, теперь из пяти? — ухмыльнулся Цвейл.
— Нет. Хватит.
— Так ты дашь мне допуск?
— Нет.
Цвейл вздохнул и сел обратно. — А ведь я побил тебя дважды.
— Да, да…
— И оба раза с одной стороны.
— Что?
— Оба раза были справа.
— Так это было умышленно?
Цвейл кивнул. — Я подловил тебя, потому что ты не ждал, что во второй раз я сделаю то же самое. Что, если и шадикцы не ожидают?
— Очень умно. А теперь уходи.
Цвейл поднялся со стула. — Пообещай мне кое-что. Думаю, это меньшее, что ты можешь сделать, учитывая мою победу.
— Продолжай.
— Если ты всё же решишь сегодня выйти в те же зоны, то ты возьмёшь меня с собой.
Гаунт помедлил. — Хорошо, отец.
— Ну, будь здоров, — сказал Цвейл.
Гаунт вызвал Криид в свой блиндаж. Он хотел узнать больше о мельнице, которую та обнаружила. Но когда раздался стук, за дверью оказалась не Криид. Это был граф Голке.
На нём была полевая форма.
— Собираетесь куда-то? — спросил Гаунт.
— Когда Вы возглавите сегодняшнюю вылазку, я пойду с Вами.
— Зачем Вам это, сэр? Вы обеспечиваете взаимодействие. Полевая работа позади.
— Я знаю Покет, Гаунт. Я служил здесь. Я втянул Вас в эту передрягу, хотя совершенно не собирался этого делать. Думаю, я смогу Вам помочь.
— Правда?
Голке кивнул.
— Так… что насчёт мельницы?
— Полагаю, это старая водяная мельница Сантребар. Не думал, что она уцелела.
— Что ж, — сказал Гаунт, — теперь мы знаем её название. Но, мне кажется…
— Я был солдатом, Гаунт, прежде чем стать кем-то ещё. Прежде, чем был втянут в бессмысленную политическую возню, управлявшую этой войной. Думаю, как штабной офицер я больше непригоден. Позвольте мне снова стать солдатом.
Раздался стук.
Вошла Криид. — Доклад, как Вы приказывали, сэр.
— Садитесь, сержант, и расскажите мне и графу об этой мельнице…
«Дом с призраками? Что ж, здесь есть Призраки, это точно».
Шторм, начавшийся накануне вечером, не собирался стихать. Дождь барабанил по крыше особняка и всю ночь хлестал в окна. После полуночи из-за раскатов грома и ослепительных молний создавалось впечатление, что они всё ещё находятся на фронте, под обстрелом.
К рассвету буйство небесного электричества сошло на нет, а вот дождь, наоборот, усилился. Казалось, что огромные чёрные грозовые тучи были слишком тяжелы, чтобы покинуть вершины массива, и цеплялись за них, поливая лес, словно дирижабли, пытавшиеся сбросить балласт.
Из окон веранды особняка Кафран видел перед собой угрюмый сад. На кануне вечером представший перед ними и без того крайне неухоженным, теперь он был завален листвой и сломанными ветками, нападавшими за ночь. Бурные реки дождевой воды устремлялись с возвышенности, где был сад, в обнесённый изгородью ров, прорытый вдоль восточной стороны особняка по направлению к воротам. Нижняя часть лужайки была фактически под водой.
Он вернулся по коридору на кухню. Было ещё рано. Из гостиной он слышал громкий, воинственный храп. «Не стоит тревожить спящих», – решил он. Пол и лестница были уставлены всякими кастрюлями и сковородками с кухонных полок, которые позвякивали, улавливая капающую сверху воду. Каффран пододвинул одну из них ногой, так чтобы та полностью оказалась под особенно бойкой струёй.
Мквеннер, Джайхо и Мюрил были на кухне. Вен сидел за столом, изучал карту и ел паёк. Мюрил сидела на скамейке у окна и потягивая кофеин из кружки.
Джайхо поприветствовал Каффрана и предложил ему чашку из котелка на плите. Он дожевывал остатки вчерашней еды.
Мюрил и Ларкин догнали их примерно через час после того, как они вошли в особняк. Промокшие, они принесли с собой оструганную ветку, на которой висел упитанный олень. Вся группа отлично отужинала. Некоторые из них ещё и прилично выпили.
— Каков план? — спросил Каффран, усаживаясь напротив Мквеннера.
— Даже не спрашивай, — буркнул Мквеннер, не поднимая глаз.
Каффран поднял руки, будто сдаваясь. — Всего лишь интересуюсь, — сказал он.
Мквеннер вздохнул и сменил тон. — Извини, Кафф. Не хотел грубить. — Он сложил карту, встал и накинул на себя камуфляжный плащ. — Буду снаружи, проверю периметр.
Он вышел под проливной дождь и закрыл за собой дверь. Старая щеколда со щелчком встала на место.
— Фес! — сказал Каффран. — Его что за задницу кто-то цапнул?
— Мне он кажется вполне обычным, — пробормотала Мюрил голосом столь же тоскливым, как нынешний день.
— Да ладно, это было довольно мрачно даже по меркам Вена, — сказал Каффран.
— Я думаю, что его прилично достало отношение Фейгора к делу, — вмешался Джайхо. — Он хотел пораньше начать, двинуться в лес, но они до сих пор спят. И… прошлой ночью никого не было в дозоре.
— Я был, — сказал Каффран.
Джайхо кивнул. — Да, мы втроём и были. А Бростин и Куу должны были выйти в предрассветные часы, но они и ухом не повели: были слишком заняты, валяясь в отключке.
