— Да ладно тебе! Правосудие тут ни при чем. Мое скверное поведение — недостаточно веский повод для созыва Облавы! Ты пытаешься с ее помощью элементарно решить свои мелкие шкурные вопросы. На сей раз ты зашла уже слишком далеко! Такой вольности тебе не простят!
— Ничего себе «скверное поведение»! — Ирена аж задохнулась от гнева. — Ты — убийца!
— Тоже мне откровение! Можно подумать, будто я среди вас одна такая! — на лице Оксаны проступило недоумение. — У нас чуть ли не каждый второй носит на душе этот грех. Что во мне такого особенного?
— Хватит играть словами! Ты прекрасно знаешь, о чем речь! Убийство сородича карается смертью, а на твоих руках кровь Антона, и она будет отомщена!
— Антона?! — Оксана нервно хохотнула. — И кто из нас, спрашивается, играет словами? Ты готова что угодно за уши притянуть, лишь бы сжить меня со света! Ты же прекрасно понимаешь, что в его смерти не было моей вины, и твои передергивания еще выйдут тебе боком!
— О-о-о! — простонала Ирена. — Воистину твой цинизм не ведает пределов! Ты хладнокровно пристрелила родного брата и теперь считаешь себя невиновной?! Это насколько же безумной надо быть?!
— Я?! — девушка ошалело осела на землю. — Мама дорогая! С чего ты взяла, будто Антона убила я?!
— Игорь все прекрасно видел. Если ты хотела сохранить свое преступление в тайне, то тебе следовало пристрелить и его. А так тебе теперь не отвертеться.
— Игорь? Он что, совсем слепой?! Не мог же он так… — Оксана осеклась. — О, боги!
Она закрыла лицо руками и начала раскачиваться из стороны в сторону, сама не зная, плакать ей или хохотать. Оказалось достаточно одной-единственной последней маленькой детали, чтобы все элементы головоломки, словно по волшебству, сами прыгнули на свои места.
Бывает, смотришь на фотографию лунной поверхности, а вместо инопланетного пейзажа видишь какой-то несуразный пузырящийся блин. Но стоит повернуть картинку под другим углом, как надувшиеся пузыри оборачиваются живописными кратерами.
Все то, что доселе представлялось нелогичным, абсурдным и никак не укладывающимся в общую картину, превратилось в составные части тщательно продуманного плана, замысел которого внезапно стал очевиден как божий день. Ларчик, как выяснилось, открывался очень легко, просто все это время Оксана пыталась вскрыть его не с той стороны.
— Что не так? — обеспокоено спросила Ирена, которая не ожидала такой странной реакции на свои слова.
— Игорь! Ну, конечно же! — ее дочь не выдержала и рассмеялась. — Какие же мы тупицы! Как же непростительно слепы мы были все это время!
— Ты о чем? Что здесь смешного?! — ее мать начала терять терпение.
— А я-то, наивная, думала, что это ты — корень всех моих бед! Что Игорь выступает всего лишь послушным проводником твоей воли! Вот ведь дура-то! Пока мы с тобой грызлись, он без лишних разговоров гнул свою линию, последовательно и планомерно роя подкопы под всех нас. На самом деле это ты была орудием в его руках, тараном, которым он проламывал бреши в моей обороне и крушил авторитет моего отца!
— Ты, похоже, совсем рехнулась! — Ирена наклонила голову набок, с подозрением рассматривая Оксану. — Зачем ему заниматься такой ерундой?
— Власть, маменька, власть — вот что ему требовалось, вот к чему он стремился всю свою сознательную жизнь, — девушка горько усмехнулась. — А Кирилл, я и ты оказались помехами на его пути. Теперь же он от нас благополучно избавился, убив, так сказать, трех зайцев одним ударом. Причем, заметь, ему самому руки марать почти не пришлось, мы сами сделали за него всю грязную работу.
— Без капельки амбициозности и здорового тщеславия ничего в этой жизни не добьешься. И если у моего сына получилось все, что он задумывал, то я только рада за него! Своих собственных амбиций мне не жалко, поиграю и на вторых ролях, а на вас с Кириллом мне наплевать.
— На вторых ролях?! — Оксану сотряс приступ истерического хохота. — Ты все еще ничего не понимаешь! Вторых ролей не будет, мама, Игорю подпевалы не нужны. Всех, кто хоть немного может угрожать его положению, он попросту уничтожит!
— Этого не будет! В отличие от тебя, Игорь никогда не опустится до беспричинного убийства. Он настоящий оборотень, не то, что некоторые!
— Оборотень? — Оксана хитро прищурилась. — А ты можешь припомнить, когда он в последний раз опускался на четыре лапы?
— Не помню, — Ирена на секунду задумалась, но, похоже, вопрос поставил ее в тупик, — но причем здесь это?
— То-то же! — девушка не скрывала своего торжествующего злорадства. — А его тяга к дорогим костюмам с галстуками, часами, запонками и прочей дребеденью, к которой ни один оборотень и близко не подойдет? Он уже позабыл, что означает раздеваться
— Ты бредишь! — внезапно охрипший голос невольно выдал волнение Ирены. — Это всего лишь внешняя мишура, не имеющая никакого отношения к его истинной сути!
— Согласна, — кивнула Оксана, — его поступки куда более красноречивы.
