Вместо того, чтобы радоваться, что их больше нет и они не могут меня больше беспокоить, я испытываю холодное чувство страха. Кто-то убил их, и они знают, что я был вовлечен в их дела.
Были ли эти сообщения угрозой, и тот, кто их убил, пытается сказать мне, что я следующий? Или это был их способ сказать мне, что я наконец-то свободен?
Или и то, и другое?
Отбросив эти мысли, я сосредотачиваюсь на своей системе и приступаю к кропотливому процессу проверки каждого уровня безопасности, чтобы понять, как меня взломали, и найти ублюдка, который это сделал.
Джекс
— Дум-дум, ду-ду-да, дум-дум-да-ду-да, — поет Джейс, мой брат-близнец, с другого конца комнаты, под мелодию из фильма «Миссия невыполнима».
Я бросаю на него взгляд.
— Полагаю, у тебя все получилось?
— До-до-до-до-до, — продолжает он песню. — До-до-до-до-до, до-до-до-до, ду-ду.
— Ду ду. — Феликс хихикает, растянувшись на диване в центре комнаты, которую мы с Джейсом делим.
Джейс поворачивается в кресле и улыбается Феликсу.
— Ты что-то уронил.
— Правда? — Феликс бросает на него любопытный взгляд.
— Да, вот здесь. — Он указывает на кофейный столик рядом с диваном, на котором сидит Феликс.
— Где? — Феликс смотрит под столик.
— Под ним, — Джейс снова показывает.
— Под чем? — спрашивает Феликс, сбитый с толку.
— Нижнее белье. — Джейс усмехается.
Феликс бросает на него бесстрастный взгляд, но уголки его губ поднимаются вверх, и ему не удается полностью скрыть улыбку.
— Ты выявляешь в нем все самое худшее, — говорит Киллиан, наш кузен и лучший друг, обращаясь к Феликсу с улыбкой и ласковым тоном.
Феликс широко улыбается Киллиану и сдвигается, чтобы тот мог сесть на диван, а он мог лечь, положив голову на его бедро.
— Или он выявляет худшее во мне? — спрашивает Феликс с улыбкой.
— Обе вещи могут быть правдой, — Киллиан проводит пальцами по волосам Феликса. Феликс тихо вздыхает и прижимается к нему поближе.
— Если вы двое закончили быть тошнотворно милыми, может быть, мы сможем сосредоточиться на том, что я только что сделал огромное дело, и, возможно, признать мою крутость, — говорит мой брат с явным подтекстом.
— Молодец, — говорит Киллиан, не отрывая глаз от Феликса.
— Молодец, — добавляет Феликс, не отрывая взгляда от своего парня.
Джейс бросает на меня взгляд.
— Долго же ты, — говорю я с ухмылкой.
Он вытаскивает из кармана свой любимый нож-бабочку и открывает его.
— А сколько времени у тебя ушло бы на то, что я только что сделал? Два месяца по сравнению с моими двумя часами.
Я фыркаю от смеха.
— Два часа? Ты неделями, разобрался в этой херне.
— Недели, чтобы придумать систему, на которую у тебя ушли бы годы, чтобы найти в ней лазейку.
— Лазейку, — говорит Феликс с очередным хихиканьем.
Джейс улыбается Феликсу.
— Нам с тобой нужно как-нибудь посмотреть хоккей.
— Хоккей? — Феликс с недоумением хмурится.
— Ты слышал, что говорят комментаторы? — спрашивает Джейс, вращая нож между пальцами сложным движением, которое на данный момент является чистой мышечной памятью. — Обойти, забить, сыграть в паре, найти брешь, забить в пятую точку и бесконечные комментарии о дереве, задних дверях и принятии вещей на свой счет.
Феликс смеется.
— Серьезно? Кто бы мог подумать, что хоккей такой откровенный.
— Любой, кто когда-либо смотрел его. — Джейс закрывает лезвие и крутит рукоятку между пальцами.
— Я не знал, что ты увлекаешься хоккеем, — говорит Феликс.
— Я не увлекаюсь, — Джейс пожимает плечами. — Не особо. Драки забавные, а комментарии интересные, но сама игра — ни то ни се. Мало стратегии, только грубая сила и мастерство.
— Не заводи его на тему футбола, — предупреждаю я Феликса.
— Ты имеешь в виду T-бол регби[1]? — ухмыляется Джейс.
— Думаешь, он понял? — спрашивает Киллиан, прерывая тираду Джейса, не дав ей начаться.
— О, так теперь ты хочешь узнать все о моем гениальном уме и о том, как я только что сделал что-то невероятное. — Джейс перекладывает нож в левую руку и открывает лезвие. — Но, чтобы ответить на твой вопрос. — Он вращает лезвие вокруг пальцев, выполняя еще один сложный паттерн, который он может делать практически во сне. — Я не знаю, понял ли он точно, что мы пытаемся сказать, но он знает, что потенциальный убийца Феликса мертв, а парень, который его шантажировал, также исчез из существования.
— Страшно, как легко это дается тебе, — говорит Феликс, не отрывая глаз от того, как Джейс все еще крутит лезвие. — Делать это одной рукой уже достаточно странно, но быть амбидекстром в кручении ножа — это просто дьявольски.
Джейс улыбается ему.
— Всегда весело видеть, как у людей сжимаются сфинктеры, когда они понимают, что мы можем их уничтожить любой рукой с одинаковой эффективностью. — Он бросает на меня быстрый взгляд. — Правда, брат?
— Это действительно так, — соглашаюсь я.
— Итак, этот парень Майлз знает, что люди, которые его шантажировали, мертвы, — говорит Киллиан, возвращая разговор к взлому Джейса. — Каковы шансы, что он догадается, что это ты проник в его систему?
