А затем сама к нему потянулась.
И под продолжавшую звучать песнь Русалок я впервые поцеловала свое зеленоглазое наваждение без принуждения, страха или чего-либо другого, плохого. Лишь потому, что мне этого хотелось. Хотелось чувствовать твердые губы, как ладони сжимают мою талию и как бешено, грозясь проломить грудную клетку, бьется его сердце. А мое — стучит в унисон.
А в следующий момент Сфинкс мягко толкнул меня. Я полетела на что-то мягкое, еще успев краем глаза отметить, как сияние бального зала сменяется почти забытой тьмой перекрестка миров.
Прохладная ткань, кажется, атласа приятно холодила спину в вырезе платья. А я зачаровано смотрела на хищно улыбающегося соблазнителя, который остановился у меня в ногах. Он склонился и оперся рукой рядом с моей головой. Коснулся легким поцелуем лба. Прочертил языком полоску на щеке. И, замерев напротив приоткрытых губ, промурлыкал:
— Маленькая, смелая Алиса…
С нажимом провел большим пальцем по нижней губе, а потом… опять поцеловал. Сначала нежно, ласкающе, затем… неистово и даже как-то голодно. Я застонала и выгнулась ему навстречу. Внизу живота разгорался нестерпимый пожар, который заставлял ерзать и хныкать, требуя не понятно чего. Да хоть чего-нибудь! Ну же! Рей, ты же мужчина! Сделай что-то с этим! Со мной…
Низко зарычав, он резко сорвал с моей шеи амулет. Но мне было все равно. Так даже лучше! Поймет, чего я хочу.
— Али-и-иса, — простонал мне в ключицу, — у меня от тебя остатки черепицы с крыши срывает…
И скользнул рукой вдоль разреза вверх, сминая и поднимая подол платья. Я замерла и даже дыхание задержала, сгорая от нетерпения. Да! Туда! Туда… Но вредный Сфинкс и не думал отвечать на мои мольбы. Сжал ладонью ягодицу, заставляя прижаться к себе еще теснее, а затем впился жалящим поцелуем в шею.
"Точно засос будет", — остатками мозгов подумалось мне.
Было до слез обидно, что мой самый сладкий соблазн до сих пор одет. Хотя бы пиджак снять… И рубашку… Лихорадочно, деревянными пальцами принялась расстегивать мелкие пуговицы. Чем привлекла внимание.
— Не так, — дьявольски усмехнулся мой искуситель.
И в следующий момент на нем не осталось ни клочка! Мои ладони теперь лежали на обнаженной груди, а животом я ощущала… короче, понятно что.
Платье, как ни странно, осталось на мне. Видимо, Рею самому хотелось его снять.
А потом остатки мыслей улетучились из моей головы, потому что он резко дернул лиф платья вниз, отчего нежная ткань жалобно затрещала, но выдержала, и обнажил грудь.
— Сладенькие какие, — промурлыкал Сфинкс и быстро лизнул одну из затвердевших горошин.
Я закрыла глаза и застонала, выгнувшись ему навстречу. Еще! Еще! Сильнее!
— Пожалуйста! — сорвалось с моих губ.
— Пожалуйста — что? — невинно поинтересовался этот садист. — Пожалуйста — это? — зубами слегка сжал сосок, отчего я застонала громче. — Или пожалуйста вот это? — рукой проворно скользнул между моих ног и с нажимом погладил пульсирующую на грани боли точку.
— А-а-а! — я резко свела вместе колени, чтобы продлить касание.
Но он был быстрее и все-таки убрал руку. Разочаровано выдохнула сквозь сжатые зубы. С-с-скотина!
— Что такое, милая? — заботливо поинтересовался мой мучитель. — Тебе плохо?
— Не ис-с-сдевайся! — прошипела и, намотав на кулак огненные волосы, притянула мужчину ближе. — Прекращай уже свои игры, Рей! Я и так… проиграла…
— Как сказать, как сказать, — пробормотал он и, сжав чуткими пальцами грудь, выдохнул мне в губы: — Хочешь меня, Алиса?
Нет, он все-таки издевается! А то не видно! Недовольно рыкнула и попыталась его поцеловать. Увернулся, подлец!
— Две буквы, Алиса, всего две буквы, — промурлыкал Сфинкс и принялся перекатывать между пальцами закаменевшие соски. — И все будет. Даже больше, чем ты можешь представить.
Да хоть три слова!
— Я. Тебя. Хочу! — раздельно произнесла, глядя прямо в ставшие темно-зелеными глаза.
— Наконец-то! — его зрачок стал вертикальным, а дальше… только обрывки, как обломки корабля, плавающие на поверхности штормового моря.
Его поцелуи. То нежные, лишь слегка ласкающие, то страстные, на грани с укусами… Проворный язык играет с сережкой в пупке, рождая сладостные волны по телу.
Я провожу пальцами по гладкому мужскому телу, слегка царапая ноготками. И едва не пищу от восторга, что это все мое!
Срывающийся шепот на незнакомом языке, обжигающий ухо и утонувший в страсти разум. Он требует ответа, но я могу лишь стонать "Да!" и больше ничего…
Его потемневшие до черноты глаза напротив, и яркой вспышкой осознание — вот, именно сейчас все и случится…
Но ничего не случилось. Наоборот — закончилось.
Лицо Сфинкса вдруг закаменело, а внутри меня заворочалось беспокойство. Я что-то сделала не так?
— Демоны нижнего мира! — в сердцах выругался он и резко откатился в сторону. — Ну почему сейчас-то лезть на штурм ворот в перекресток?! Сложно было подождать?! Хотя бы полчаса… — голодным взглядом скользнул по моему уже обнаженному телу. — Или час… А лучше — три. Вот же гадость!
И исчез. Оставив меня одну, растерянную и возбужденную до крайности.
