- Хочешь знать, сколько на перекрестке миров побывало девушек, милая? - тягуче проговорил он, задевая кожу невидимыми губами, отчего мои мозги медленно, но уверенно превращались в кисель, а сердце билось все чаще и чаще. - Мало, радость моя, очень мало.
И опять этот чертов запах солнца и ветра... Да что ж это за парфюм у него такой, что у меня крыша, печально хлопая черепицей, резво устремляется в теплые края?!
Кое-как собрала мозги в кучу, дала пинка жаждущему удовольствий телу и, вернув мысли в нужное русло, дрожащим голосом уточнила:
- Сколько именно?
- Настырна-а-ая! - восхищенно протянул Сфинкс и перестал быть невидимым. Провокационно облизнулся и, снизив голос до интимного шепота, предложил: - А может, чем-нибудь более приятным займемся?
'Да!' - радостно возопило либидо, но было безжалостно выпнуто на задворки здравым смыслом.
Ага, щас. Я что, на дуру похожа, интересно?
- Отвечай на вопрос, - сдавленно проговорила я, упершись ладонями в его грудь.
- Злюка, - рыжий легко чмокнул меня в кончик носа и переместился на свое кресло.
Развалился поудобнее, а затем меня одарили такой теплой улыбкой, что даже дыхание перехватило. Да как он может быть таким разным? Одно слово - псих...
- Вопрос-вопрос... - пробормотал он, рассеянно посматривая на доску. - А что за вопрос?
Да сколько можно надо мной издеваться! Взяла со стола снятую мной черную пешку и, одарив нахала мрачным взглядом, красноречиво взвесила ее в руке.
- Я же и говорю - злюка, - фыркнуло это недоразумение и с показным равнодушием пожало плечами. - Сколько девушек было... А ни одной. Ты первая. До этого я играл лишь с мужчинами.
Поперхнулась воздухом и изумленно вскинула брови. Что значит, первая?! И с чего мне... такая честь?!
Злость переполняла меня и требовала выхода. Поэтому и только поэтому, я ляпнула то, что ляпнула:
- И что же сподвигло тебя сменить ориентацию на нормальную?
Сказала - и доперла, что и кому. Посмотрела на закаменевшее лицо мужчины напротив и с трудом сглотнула ком в горле. Вот и конец мне пришел. Отбегала ты свое, Алиска. Сейчас тебя съедят без соли и перца.
А этот... я слов не подберу, вдруг расхохотался и, чуть ли не всхлипывая от смеха, простонал:
- Девочка моя, ты просто непередаваемое чудо! Какой же я молодец, что выбрал именно тебя! Мне так весело последних лет сто не было!
Меня обуревали противоречивые чувства. С одной стороны, я испытывала облегчение - пронесло все-таки! А с другой... досаду. И ничем ты этого изменчивого гада не проймешь.
Ладно, я не в той весовой категории, чтобы играть с ним на равных. Так что делаем моську кирпичом... О, надо попробовать еще один вопрос задать. Авось прокатит!
- А почему именно я? - искоса посмотрела на до приторности счастливую рожу Сфинкса.
- Это уже другой вопрос, моя строптивая малышка, - промурлыкал этот нахал, довольно блеснув изумрудными глазами. - А сейчас мой ход!
И хищно улыбнувшись, показав при этом кончики клыков, мой персональный кошмар побил белую королеву!
Шумно выдохнула и потрясенно осмотрела доску. Как же так?! Да... сама подставилась под удар Черной Паучихи. Глупо... Это все Сфинкс! Он меня отвлекает, и я не могу нормально играть! Невесело усмехнулась - просто себя успокаиваю... Отвратная из тебя шахматистка, Алиска.
- Не расстраивайся, Али-и-иса, - мягким тоном проговорил мужчина, пряча моего ферзя. - Ну прошляпила, не просчитала ходы... Со всеми бывает.
Какие-то утешения у него корявые, откровенно говоря. Впрочем, я и таких не ждала. Потому только тоскливо вздохнула и, зажав ладони между ногами, обреченно проговорила:
- Давай свой вопрос...
Сфинкс моментально посерьезнел.
- А скажи мне, Алиса, - смерил меня задумчивым взглядом, - почему ты так от меня шарахаешься? Ведь тебя тянет ко мне, я знаю.
Здрасьте, приехали. Посмотрела на него, как на умалишенного. Впрочем, что это я. Он и так псих. Классический. И непонимание такой элементарной вещи только подтверждает диагноз.
И на этот идиотский вопрос требуется ответ. Опустила глаза и тоскливо вздохнула.
- А с чего бы мне не шарахаться? - тихо начала я, упрямо не поднимая глаз от столешницы. - Ты меня свистнул из родного мира, напугал до полусмерти, все время грозишься скормить своему зверинцу. Ах, да, еще и не упускаешь возможности лишний раз сообщить мне, что попадание к тебе в постель - лишь дело времени, - я все же посмотрела на него и грустно усмехнулась. - Исходя из вышеперечисленного, по-другому и быть не могло. Да, я тебя боюсь. И потому шарахаюсь.
Мужчина поморщился, будто самый кислый лимон раскусил, и едва слышно произнес:
- Но я же пока не сделал тебе ничего плохого.
- А если я наотрез откажусь играть в твои игры, зверушкам не отдашь? - вопрос вырвался раньше, чем я смогла его толком осознать.
Ну да ладно. Вполне закономерно все...
- Отдам, - неуступчиво поджал губы мой мучитель.
И мне стало больно. Заныло сердце... Глупое, наивное сердце, которое всегда верит в хороший исход любого дела. Увы, не в этом случае...
- Тогда нам не о чем разговаривать, - проговорила срывающимся шепотом и отвернулась, яростно смаргивая подступившие слезы.
