— Ого. Дай посмотреть, — потянулась Аня, в которой, кажется, включилась отличница хозяйственно-бытового. — Сама придумала, да?
— Еще на первом курсе, когда впервые вернулась в общагу за полночь. С наговорами у меня через раз выходит, а вот элементарные игрушки получаются неплохо. Прошу!
Она распахнула перед ними дверь, шутовски поклонившись.
Такая обычная, такая спокойная.
Да что с ней не так-то?
***
Каждый человек совершает ошибки.
Маша в эту ночь совершила аж три.
Но она выпила пива, хотела спать и еще находилась в смятении из-за Дины, вот почему поступила, не думая.
Просто проверила почту перед сном, просто открыла письмо и просто щелкнула по вложению.
Чертовы современные технологии с автоматической озвучкой текста!
Глава 20
Негромкий автоматический голос произнес безо всякого выражения: «Лети, лети, лепесток, со спины на носок, с носика на пятки, чеши без оглядки».
Маша недоуменно протерла глаза, соображая, что это было, а потом ее буквально подбросило на постели — так зачесалось везде: и между лопаток, и подошвы ступней, и локти, и колени.
— Аыыы! — тут же донеслось из ванной комнаты, где плескалась Аня. Вика, все еще нетрезвая, в этот момент пыталась снять макияж и так резко дернулась, что поцарапала себе щеку длинным ногтем.
— Что за дьявол? — возопила она.
— Мама прислала проклятие, — с досадой объяснила Маша, едва удерживаясь, чтобы не потереться об стену, — симпатичное и проверенное.
— И ты решила его кинуть в нас? — удивился Дымов, безуспешно боровшийся с длинными волосами. Косы все еще получались у него из рук вон плохо. А теперь, когда он больше чесался, чем заплетался, тем более. — Мне-то казалось, мы подружились.
— Мать, мать, мать, — Вика запрыгала по спальне. — Я знала, я знала, я знала, что пора сваливать из этой комнаты!
Аня, кое-как завернутая в полотенце, выскочила из ванной.
— Что за проклятие? — воскликнула она, остервенело растирая ладони друг о друга.
— Мамино, — виновато ответила Маша. — Я его случайно открыла, оно по почте пришло.
— Для тебя? — опешила Аня. — Что ты такого натворила, объявила о пожизненном целибате? Как этот великий художник, как его там, я про него книжку читала.
— Рябова, — преподским строгим голосом произнес Лиза-Дымов, — этому же с детского сада учат — работе с проклятиями. Чтобы правильно их нанести, надо четко нацелиться на конкретного человека…
Маша сделала страшное лицо, пытаясь заставить его заткнуться. Он глянул на нее с недоумением, а потом демонстративно скрестил руки на груди — мол, делайте что хотите. Надо сказать, что хранить неподвижность в данный момент было ужасно затруднительно. Маша невольно прониклась уважением к стойким, хоть и дурацким принципам этого человека.
— Покажи, что там, — попросила Аня под новый вопль Вики, которая стукнулась коленкой о кровать.
Маша ткнула в экран телефона и с наслаждением заскребла ногтями по локтям.
— Ага, ага, угу, — Аня прочитала текст и нахмурилась. — Элементарная антинаговорка не подойдет? Слишком просто для уровня твоей мамы?
— Просто надо было переехать! Просто! Переехать! — бормотала Вика.
У Лизы-Дымова было воистину страдающее лицо, какое бывает только у человека, который не может почесаться в свое удовольствие.
— Давай попробуем с элементаркой, — предложила Маша.
— Кхм, — Лиза-Дымов снова не удержался. — Это проклятие из группы детских вредилок-дразнилок, усиленное родной кровью.
— А, точно! — Аня хлопнула себя по лбу, тут же запустила пальцы в волосы, застонала. — Протыкай, Машка, себе палец, элементарка на крови же. Ты такая умная, Лиза! А ты такая бестолочь, Рябова.
Нет, ну как же обидно.
***
Наутро возле общаги бродил понурый Федя Сахаров. Маша, завидев его на тропинке парка, так сильно вцепилась в локоть Лизы-Дымова, что тот даже зашипел сквозь зубы.
— Что? А, ну кажется, это личное, Рябова.
— Вы моя неразлучная подружка, — панически зашептала Маша, — девочки везде ходят парочками, я сама видела. Будет нормально, если вы останетесь.
— Но зачем?
— Затем, что мне ужасно стыдно с ним разговаривать.
— Не думаю, что он снова превратит вас в паука, — рассудительно заметил Лиза-Дымов. — Но если вдруг соберется — воспользуйтесь артефактом телепортации, вот и все.
— Да при чем тут паук!.. Нет, вы ничего не понимаете, — расстроилась Маша. Он твердо высвободил свою руку, кивнул Феде с видом взрослого, который бежит по делам, и понесся к учебному корпусу.
Маша, помявшись, сказала:
— Привет.
— Привет, — тоже неловко пробубнил Федя. — Ты должна сказать Циркулю, чтобы он допустил меня к курсу. Я ведь не очень-то и виноват, ты просто вывела меня из себя.
— Я ему уже сказала, — заверила Маша. — Но это не помогло. Циркуль считает, что за нарушения правил надо платить. Это что-то на педагогическом.