Движение на берегу привлекло его внимание, Дин прищурился, разглядывая крохотную точку внизу. Что-то внутри гулко ухнуло и упало в желудок, и он понял, что видит Эйдана. Фигурка была едва различима в лунном свете и мигающих лучах прожектора; она прыгала по камням уверенно, не боясь поскользнуться, и Дин представлял себе, как Эйдан стискивает зубы, как сосредоточенно смотрят его глаза, вздрагивают в прыжке завитки волос.
— Вот бы ты пришел ко мне в гости, Эйдан. Вот бы хорошо было, — прошептал Дин, дыша на холодное стекло.
Звук вызова в скайпе на мобильнике отвлек его, а когда он снова посмотрел в окно, на берегу уже никого не было.
====== Глава 3 ======
Первые несколько дней прошли в бесконечных делах. Дин распаковал свою аппаратуру, разложил вещи по шкафам и полкам, пусть и смотрелись они там несколько сиротливо, занимая от силы треть объема. Интернет провели, как и обещали, на другой день, ноутбук ожил, открывая своему владельцу окошко в мир тепла, солнца и привычных тем. Многие интересовались, как у Дина дела, устроился ли он, нравится ли ему родина предков. Он не был уверен, что отвечает честно.
Миранда появилась на следующий день, многословно извиняясь, что не смогла заехать вчера: дома пришлось чинить прорвавшуюся трубу водопровода. Теперь у Дина были запасы картофеля, моркови и капусты на пару недель. Миранда попила с ним кофе и взяла с него слово, что Дин непременно зайдет с ответным визитом. И еще она сказала, что будет рада позировать для его работ, как и ее семья, включая собаку. Дин подумал, что ему тоже неплохо бы завести щенка, потому что дом слишком пустой и гулкий для него одного.
Вечерами становилось неуютно и тоскливо, но выход был найден, хоть и временный. Ночами они общались по скайпу с Бреттом, а вечером Дин спал.
Дядюшка Ричард заходил ежедневно, проявляя заботу. Дин уже выяснил, что он тоже живет в одиночестве, все свое время посвящая делам общины. Адам теперь стал частым гостем, и ему Дин был рад не меньше, чем родственнику. Он и сам не мог сформулировать, чем именно — но Адам очень нравился ему в общении. Вроде бы некрасивый, но совсем не зажатый, не нытик и не зануда. Он всегда поддерживал шутки, подбадривал и воодушевлял, дурачиться с ним было одно удовольствие. С приходом Адама в доме делалось будто бы теплее, а свет становился мягким и приятным, словно этот гость приносил уют с собой и выкладывал из карманов, как набранные на берегу цветные камешки.
Дин обработал и отправил в издательство несколько фотографий, которые суровые редакторы восприняли благосклонно, что воодушевляло.
Собственно, хорошие новости на этом кончались.
Тоска по дому, отступавшая за ежедневными заботами, нападала на него, как только Дин оставался один. Он мог сидеть, уставившись в стену, и мысленно находиться посреди родного Окленда, на шумных улицах, залитых солнцем, и размышлять, куда пойти обедать. Там наступало лето, цвели деревья, в парках по дорожкам носились велосипедисты и детишки на роликах. А здесь были серое небо, блеклая трава и сердитое море в каменной чаше берега. «Дома» здесь и «дома» там отличались друг от друга слишком сильно, а Дин будто бы потерялся между ними, был не там и не тут, а где-то посередине, в слепом облачном мире, и не знал, как спуститься, не мог выбрать, куда.
Он плохо спал. Ночами было шумно и страшно, хотя темноты Дин перестал бояться еще в детстве. Ветер выл вечерами, скулил в трубах и бился в стены. Казалось, что не маяк мигает за окном, а кто-то огромный и черный бродит снаружи, заглядывая внутрь сквозь стекла. Море громыхало на камнях так, будто целая толпа великанов в кованых сапогах не в ногу маршировала под обрывом.
И Эйдан, тот сердитый парень с маяка, — он занимал мысли Дина так часто, что грозил совсем вытеснить все прочие. Нет, он не делал ничего дурного, не подходил и не смотрел больше с ненавистью. По правде говоря, Эйдан просто исчез с того вечера, когда Дин видел его внизу, на камнях. Вот и забыть бы о нем, не думать вообще, заняться работой — но не получалось.
Дин постоянно видел его мысленно, словно Эйдан ходил рядом и на самом деле совершал все, о чем тот думал. Пару раз Дин просыпался и вскакивал в ужасе: ему казалось, что Эйдан стоит в углу комнаты и мрачно смотрит на него. Сперва он считал виновником торшер, даже передвинул его, но кошмар продолжал преследовать Дина, так что причина находилась явно в голове. На самом деле он хотел снова увидеть этого странного парня, просто знать, что он не уехал куда-нибудь в Новую Гвинею, а живет тут, неподалеку.
