— Ещё когда мы были подростками, у нас была своя компания, такая не большая тусовка. Мы всегда были вместе, были очень близки. — Я рассматривала чаинки, кружащие по дну стакана и будто уносилась мыслями в прошлое. — Его свали Сэм. Он был моим лучшим другом, и даже больше, гораздо больше, чем другом. У нас была игра, негласная такая. Мы не знали правила, не знали рамки, не обсуждали это, не произносили вслух, но оба знали, что мы играем в игру. Он всегда начинал первый, что-то вдруг менялось в нём и он начинал смотреть на меня так, будто я женщина, а не глупая Клэр. А я таяла от одного его взгляда. И когда я готова была раствориться в нем полностью он вдруг будто переключал тумблер, щёлкал меня по носу и смеялся. Я смеялась тоже, делая вид, что просто подыгрывала. И мы продолжали дружить. Он рассказывал мне обо всех своих любовных похождениях, а я жила с огромной дырой в сердце. Такая наивная дура, которая только и ждёт, когда на нее снова посмотрят не как на пустое место.
— Он просто кретин, раз позволял себе так с тобой поступать. — Адам сжимал своими пальцами хрупкую, фарфоровую чашечку, которая, казалось, вот-вот разлетится вдребезги.
— Это ещё не всё. — Я смочила горло остатками чая, и Адам тут же учтиво наполнил мой стакан. — Шло время, мы взрослели, менялось всё, кроме наших сложных отношений. И мне начало казаться, что это что-то такое фундаментальное, я уже начала привыкать и даже наслаждаться происходящим. Я будто встречалась с парнем, у которого раздвоение личности. Однажды Сэм пришёл ко мне с новостью — ему предложили повышение, перевод в другой город. Там всё круче и больше: кабинет, зарплата, привелегии. Сэмми мечтал об этом, и я это знала. Я искренне хотела, чтобы он ехал и был счастлив. Пусть даже без меня. За день до своего отъезда он пришёл ко мне в диком раздрае, его что-то мучило. Мы разговаривали пол ночи, а потом оказались в постели. Первый раз между нами случился секс, и потом это утро..
Я помолчала немного, думая закончить на этом, но Адам напряжённо ждал продолжения.
— Я провожала его на поезд и чувствовала, что мы будто вместе не только физически, но и внутри у нас обоих что-то изменилось. Он звал меня с собой, просил ехать с ним, но я тогда только открыла свою студию и не могла всё бросить ради призрачной надежды на хорошее. Однако, надежда уже поселилась в моей душе, и все наши друзья обрушились на меня, пророча разбитое сердце и загубленную молодость. Они не верили в то, что Сэмми способен на серьезные чувства, а меня ранили их слова. Я обиделась на весь мир и на них, прекратила общение со всеми, и каждый день общалась лишь с Сэмом. Он один спасал меня от тоски и полного одиночества. Потом в моей жизни появились Аманда и Лео, а Сэм стал постепенно от меня отдаляться. Я не знала причины, не понимала, почему он стал холоден, почему не берет трубки. А через пару месяцев он вернулся на день рождения отца. И привёз свою невесту.
Я закусила нижнюю губу, чтобы не расплакаться, но в носу всё равно защипало и глаза наполнились тёплыми слезами. Адам сгрёб меня в свои тёплые, медвежьи объятия и гладил по голове, как маленького ребёнка.
— Он не стоит твоих слёз, я уверен, он не стоит и единого твоего волоса. Ты молодец, что рассказала. Ты очень сильная.
— Когда он привёз её, я поняла, почему он так внезапно отдалился от меня. Он влюбился, впервые в жизни. И знаешь, Адам, что самое ужасное?
— И что же? — Адам чуть отстранится, чтобы посмотреть мне в глаза.
— Я видела её, и она просто прелестная. Как бы мне хотелось сказать, что она вульгарная и отвратительная, но это не так. И они невероятная пара, это ещё сильнее разбивает мне сердце.
Я уткнулась мужчине в плечо, уже не стесняясь того, что слёзы льются сплошным потоком, а на белой рубашке остаются ужасные разводы от моей туши. Эх, это не отстирается. Я посмотрела на чёрное пятно на плече мужчины, и разревелась ещё сильнее.
— Я куплю тебе новую. — Всхлипывая, завыла я.
— Не бери в голову, это просто тряпка. — Адам раскачивался со мной из стороны в сторону и терпеливо ждал, пока я успокоюсь. — Для меня очень важно то, что ты доверилась мне, хоть это было и не легко. Но я хочу верить, что наш разговор принес тебе облегчение.
Мы отставили свои чашки и растянулись на диване, тесно прижавшись, чтобы хватило места нам обоим. Я почти полностью завалилась на Адама, который болтал сейчас о чем-то неважном, пытаясь спасти меня от моих мыслей. У него отлично получалось, потому что через десять минут я прекратила плакать, ещё через пять смеялась, а через пол часа провалилась в сон.
Я резко проснулась.
Черт, сплю на диване, отлично.
В голове промелькнул вчерашний вечер, я провела под глазами и посмотрела на свои чёрные пальцы — ну просто прекрасно! Ещё и Адама нет рядом. Конечно, он удрал от такой спящей красавицы, чему тут удивляться.
Из кухни донёсся звук посуды. Так значит, мой доблестный рыцарь готовит завтрак? Очень интересно!
