Прокопий Кесарийский сидит за пюпитром, пишет, высунув от старательности язык. Прокопий (бормочет про себя). Судьбы же они не признают... Входит Велизарий. Велизарий (садясь на ложе рядом со столом). Радуйся, премудрый. Чем занят? Прокопий. Радуйся, великий! (В досаде отбрасывает стилос). Да вот книгу пишу... сегодня на севере какой-то новый народ появился, славяне-анты. Надо срочно про них написать, а то потомки и не узнают, что были такие.
Виктор НЕКРАС
ПРИЧИНЫ ОСНОВАНИЯ РУСИ
Пьеса
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
ВО ТЬМЕ И НЕВЕЖЕСТВЕ
СЦЕНА ПЕРВАЯ
Полесские болота, примерно середина I тысячелетия
На сцене из дрожащего воздуха возникают несколько звероватого вида мужиков с дубинами наперевес.
1-й мужик (утирая со лба обильный пот). Ну, кажись всё. Произошли. Слышь, мужики, с почином!
Мужики одобрительно рокочут.
2-й мужик (деловито оглядываясь). Вон там я избу поставлю...
Его сын (лет 12, рядом с ним). А я вон с той горки буду на лыжах зимой кататься.
2-й мужик (испуганно). Какие лыжи, ты чего? И думать забудь, их ещё не придумали!
Сын (недоумённо). Как это? А на чём тогда я в прошлом году катался?..
1-й мужик (перебивает). Не мог ты ни на чём кататься! Мы ж только что произошли, забыл? А лыжи только лет через 500 придумают, урмане!
2-й мужик. Хто?
1-й мужик. Урмане. Народ такой.
3-й мужик. А нам же вот тоже надо как-то называться!
Озадачившись, мужики умолкают.
1-й мужик. А давайте "славянами" назовёмся. "Славные", мол!
Славяне одобрительно кричат, потрясая топорами.
3-й мужик (с сомнением). А вот у греков рабов "склавами" кличут... как бы и нас не спутали, что рабы, мол...
1-й мужик. А и пусть! Может, то рабы из наших, потому так и назвали.
2-й мужик (опешив). Так мы ж только что произошли, откуда у греков рабы из наших?
1-й мужик. Так, хватит спорить! Раз так назвали, значит, есть! Да, надо ж ещё грекам про себя срочно рассказать, чтобы они нас в книги вписали! Вот ты (указывает на 2-го мужика) поедешь в Царьград, расскажешь, как мы тут мирно живём, и что такое железо - не знаем. Гусли не забудь!
СЦЕНА ВТОРАЯ
Константинополь, тот же день.
Прокопий Кесарийский сидит за пюпитром, пишет, высунув от старательности язык.
Прокопий (бормочет про себя). Судьбы же они не признают...
Входит Велизарий.
Велизарий (садясь на ложе рядом со столом). Радуйся, премудрый. Чем занят?
Прокопий. Радуйся, великий! (В досаде отбрасывает стилос). Да вот книгу пишу... сегодня на севере какой-то новый народ появился, славяне-анты. Надо срочно про них написать, а то потомки и не узнают, что были такие.
Велизарий (в недоумении). Как это? От других кого-нибудь узнают.
Прокопий. Ну о том, что сегодня появились именно, не узнают. А это ж важно.
Велизарий. А они именно сегодня появились?
Прокопий. Ну да. Их же не было раньше. Совсем. А я вот напишу, что появились, и все знать будут, что сегодня именно.
Велизарий (ошалело мотает головой). Не понял. А откуда они тогда появились-то?
Прокопий (язвительно). Ты ещё спроси, откуда Адам с Евой взялись?
Велизарий (машет рукой). А, ладно, не моё дело! Вели-ка вина принести лучше.
СЦЕНА ТРЕТЬЯ
Полесье, тот же день.
Славяне сидят на бережку болота, отдыхают после трудового дня. Вождь помешивает палкой в костре. Подходят ещё двое мужиков, мордвин и литвин, подъезжает сармат, из кустов вылезает свей.
Вождь (глядит искоса). Чего надо?
Сармат. Да вот поглядеть на вас пришли.
Вождь. Откуда узнали про нас?
Литвин. Да слухом земля полнится.
Вождь. Ну ладно, посидите вон у костра. (Поворачивается к своим). Вот что, други. Чем жить-то будем? Ничего не умеем ведь!
1-й мужик. Ну можно, наверное, охотиться.
Вождь. Во, точно. (Кивает в сторону мордвина). Вон он нас научит, на какого зверя тут охотиться можно. И как. И как дома строить научит.
1-й мужик. Да мы вроде и сами умеем...
Вождь. Помалкивай! Когда научиться-то успел - мы ж сегодня только произошли?!
2-й мужик. Надо бы и молиться кому-то.
Вождь. А чего долго думать. Вон у них же (опять кивает на мордвина) богов и возьмём. Слышал я они, какому-то богу Велесу поклоняются, да Макоши, вот и мы им же кланяться будем.
Мордвин (вытаращив глаза). Мы?! В жизни не слыхал про таких богов!
Вождь (отмахиваясь). Это не важно. (Поворачивается к свею). А вот у вас мы бога Тора возьмём. Только звать его будем Перуном.
Свей (недоумённо). Но почему?
Вождь. А просто так. (Литвину). А у вас - бога Велса. Только звать его будем - Велес.
Литвин важно кивает головой и молчит.
1-й мужик. Так ты ж только что говорил, что Велесу мордва кланяется.
Вождь. Ну перепутал, бывает. А вот у них (кивает в сторону сармата) мы бога Симаргла возьмём.
Сармат (вздрагивает). Кого?
Вождь. Симаргла. Бога, который за всходами семян следить будет.
Сармат (зачарованно). Всходами... семян... а что это такое?
2-й мужик. И правда. Слова какие-то говоришь непонятные.
Вождь (сармату). А вот вы нас и научите землю пахать да хлеб сеять, раз мы у вас такого бога возьмём.
Сармат (с тоской). Да в жизни я не слыхал ни про пашню какую, ни про бога такого... вот занесла нелёгкая к вашему костру... учи вас теперь тому чего я сам не знаю.
1-й мужик. Вождь, бабы ноют. Обереги, говорят, нужны, а то некрасиво смотримся.
Вождь. А эвон, мордвина спроси, как обереги делать, он научит. И откуда весь наш мир взялся, заодно расскажет - слышал я, знают они что-то такое.
СЦЕНА ЧЕТВЁРТАЯ
Фракия, лет 20 спустя
