«А что, в самом деле – переезд обязательно следует отпраздновать, – думала женщина, набирая в корзину фрукты и немного ягод для фруктовой тарелки, а также сыр разных сортов, – Питер не Франция, конечно, не такое богатство предложения в магазинах, но всё-таки на сырную тарелку к вину набрать можно. И, конечно, нужно выбрать само вино. А что мелочиться – возьму вот это, в красивой коробке, целых 3 литра, какое-то испанское красное сухое, даже разлито в том месте, где производилось».
Корзинка в её руке быстро тяжелела. Юлия Павловна прихватила по дороге небольшой букет кустовых роз нежного оттенка – так, для настроения, мысленно прикинув, как выигрышно он будет смотреться рядом с бокалами для вина при блеске свечей. Потом в отделе готовых блюд взяла только что приготовленный пирог с красной рыбой и еще несколько маленьких, но дорогих французских пирожных, которыми изредка баловала себя по большим праздникам. Кое-как дотащила все это до дома.
Накрыть стол Юлия Павловна решила у себя, а не на общей кухне. «Я должна пригласить Людмилу Сергеевну в свою комнату, показать ей, что она может заходить ко мне, когда ей будет угодно. Да и просто удовлетворить её любопытство – всем интересно как живут соседи!» – решила Юлия Павловна и принялась за сервировку. Сервировать она решила письменный стол, потому что он стоял у окна, а у окна всегда уютнее. Пусть соседка сразу почувствует, ей здесь рады.
Она поставила розы в свою любимую вазу тонкого дымчатого стекла, вазу расположила посередине стола, отчего столик мгновенно приобрёл праздничный и даже немного торжественный вид. Пирожные Юлия Павловна аккуратно разместила на тарелке с изящным орнаментом в восточном стиле, а сверху накрыла стеклянным салатником, чтобы не заветрелись и просто для красоты. Затем аккуратными ломтиками нарезала фрукты и не очень аккуратными сыр, который частично был с плесенью и крошился под ножом.
Организовала сырную и фруктовую тарелки, достала два фужера, потом нарезала пирог и разложила его на специальной досочке, прикрыв дальний край белоснежной салфеткой. Потом подвинула к столу два кресла, так, чтобы из них можно легко дотянуться до всего, что было на столе, а также смотреть на улицу, зажгла несколько свечей, разместив их в разных концах комнаты, открыла шторы и включила на компьютере подборку любимой музыки.
– Теперь нужна записка, – пробормотала себе под нос Юлия Павловна.
Она решила, что не будет звать Людмилу Сергеевну лично, потому что гордая соседка может счесть это проявлением подхалимажа и свидетельством чувства вины. Поэтому Юлия Павловна вытащила припасённый для забытых уже целей лист А3 формата и, немного подумав, вывела на нём крупными буквами: «Людмила Сергеевна! Надеюсь, Вы простите меня за все. Я тоже не сержусь. Сегодня праздную новоселье, у меня три литра испанского сухого вина, пирог с красной рыбой, сыр, фрукты и хорошее настроение. Присоединяйтесь, Юля».
Этот плакат Юлия Павловна отнесла на кухню и разместила так, чтобы можно было заметить прямо от входной двери. Вернувшись к себе, она села в одно из кресел и наполнила себе бокал. Вино оказалось неплохим, слегка терпким, но весьма деликатным, а главное прохладным. Ночное небо уже опустилось на город, первые звездочки робко пробивались сквозь световой кокон ночного города, и яркие окна домов возвещали о том, что их обитатели уже вернулись и наслаждаются приятным воскресным вечером. Она не стала гадать, примет ли Людмила Сергеевна её приглашение или нет, а просто приказала себе «будь что будет, ждать не хочу, наслаждаюсь жизнью».
– Как хорошо, что завтра мне не надо идти на работу, можно тихонько блаженствовать, глядя на небо, – рассуждала про себя Юлия Павловна. На работе она взяла отгулы, которые ей, неохотно, но всё же предоставили по случаю переезда. Теперь от этих отгулов остался ещё один день, поэтому можно было слегка расслабиться.
Прошло где-то полчаса и в дверь негромко постучали. Юлия Павловна спрыгнула с кресла, бросилась к двери, открыла и впустила соседку в свою комнату. Сердце у неё выбивало дробь – то ли от волнения, то ли от предвкушения чего-то нового. Удивительно, но в глубине души она ни капельки не сомневалась, что Людмила Сергеевна всё же зайдёт к ней.
– Мне показалось, что со свечами как-то уютнее, тем более вечер такой прекрасный, – вместо приветствия выпалила Юлия Павловна, приглашая Людмилу Сергеевну к столу, – проходите сюда, к окну, присаживайтесь в кресло. Хорошо, что вы пришли, я рада очень, а то так все нелепо получается у меня в последнее время. Чем больше стараюсь, тем хуже все выходит. Просто полоса какая-то черная, ей-Богу. Надеюсь, не откажетесь выпить со мной за новоселье.
– Да ладно, не суетитесь вы так, Юлия, не помню отчество…
– Павловна.
– Я прошла, всё в порядке, – суховатым голосом сказала Людмила Сергеевна, протягивая Юлии Павловне что-то плоское, завёрнутое в бумагу, наверное, подарок.
