Илья пожал плечами и вылез из-за стола, чтобы достать паспорт из кармана куртки, в которой последний раз ездил в город. Теперь главное, чтобы Мишка не высовывался в столовую. Если он слышал про документы, то, наверное, сам сообразит, а если нет? Илья незаметно задвинул засов на дверях, ведущих в спальню. И Сережке с милицией встречаться незачем, пусть до поры думает, что его милиция его бережет.
Интересно, это инициатива Залесского или менеджер написал-таки заявление? У Залесского ничего не получится, документы у Ильи были в полном порядке, придраться не к чему.
Но как только он протянул паспорт вошедшему, тот быстрым профессиональным движением поймал его за запястье, выкрутил ему руку за спину, и Илья не успел опомниться, как уткнулся лицом в стол. Ну, от милиции можно было и не этого ожидать, и, пожалуй, сопротивляться не стоило - могут наломать по самое не хочу, а могут и привлечь, тем более что Залесскому только этого и надо.
- Ну как, удобно? - спросил лейтенант и крутанул его руку чуть сильнее.
- Вполне, - прошипел Илья, вжимаясь щекой в столешницу.
- Алексей Николаевич, проходите, - крикнул второй, приоткрывая дверь.
Значит, Залесский. Интересно, это лучше или хуже заявления менеджера? С заявлением пришлось бы долго бегать и что-то доказывать, к тому же у них были бы законные основания и задержать его и вообще… разобраться. А сейчас хотя бы бегать не придется. Разберутся на месте.
Мент взял Илью за челку и поднял его голову над столом - Залесский сел на лавку напротив его лица.
- Я, конечно, прошу прощения, Илья Анатольевич, что вам придется говорить со мной в таком неудобном положении, но, боюсь, в противном случае разговора у нас не получится.
Илья скрипнул зубами от злости и боли одновременно - позиция, несомненно, располагала к разговору.
- Ну говорите, раз пришли, - попробовал он усмехнуться, но в ответ на его слова лейтенант потянул руку вверх, и ему показалось, что в плече что-то хрустнуло. Илья тихо выругался, чтобы не вскрикнуть.
- Вежливо говори с Алексей Николаичем, - посоветовал мент и чуть ослабил хватку.
- Постараюсь, - выдохнул Илья.
- Я хотел поподробней расспросить вас о сроке, в который мы должны покинуть Долину, - спокойно сказал Залесский.
- Расспрашивайте, - прошипел Илья и снова попытался усмехнуться.
Лейтенант шутки не понял и дергать его за руку не стал.
- Так какой срок нам установили, вы не напомните?
- До купальской ночи, - ответил Илья.
- И когда, простите, случится эта купальская ночь?
- Если не ошибаюсь, это самая короткая ночь в году, то ли с двадцать первого июня на двадцать второе, то ли с двадцать второго на двадцать третье, не уверен.
Лейтенант снова дернул его руку вверх.
- А сейчас-то что тебе, падла, не понравилось? - вскрикнул Илья.
- Действительно, - Залесский брезгливо поморщился, - не надо лишнего. Ну, теперь главный вопрос: и кто же установил мне эти сроки?
Илья задумался, как на главный вопрос ответить поточней, но лейтенант его поторопил. Выругаться не вышло, стон получился жалобный и громкий.
- Ну?
- Это Долина, - ответил Илья, катая желваки по скулам. Ничего умней в голову так и не пришло.
- Очень интересная версия, - хмыкнул Залесский, - а нельзя ли конкретней? В чьем лице выступала Долина?
- Боюсь, это не имеет значения, вы эту девушку все равно не знаете, а документов я у нее не спросил. Она говорила с вашими детьми и мне это передавала в присутствии ваших девочек. Вы при случае у них спросите.
Залесский сузил глаза - ему, похоже, не понравилось, что сюда приплели его детей.
- Ну, допустим, вы эту девушку не знаете, но почему вы решили, что она говорит серьезно?
- Это вы решили, что она говорит серьезно, а не я. Я только передал.
Залесский сжал губы - разговор у него снова не получался.
- Что-то ты больно весел, - лейтенант задрал его голову еще выше, - разрешите, я его научу, как надо себя вести?
- Не надо, - скривился Залесский, - я думаю, он и впрямь не вполне нормален.
- Да он нормальней нас с вами, только непуганый еще, - процедил лейтенант.
Илья зажмурился - вот уж точно, от глупости. Жаль, что ему нечего больше сказать, он бы обязательно сказал. Но убеждать Залесского в том, что ему угрожает опасность (стоя перед ним в позе, мягко говоря, несколько задевающей чувство собственного достоинства), Илья не собирался.
- Илья Анатольевич, в заключение нашего разговора я хочу вполне серьезно вас предупредить, чтобы вы не подходили к моим покупателям ни под каким предлогом. И настоятельно рекомендую продать мне ваш участок.
- Про покупателей я вам все сказал, - устало выдохнул Илья, - и про участок тоже, разве нет?
- Вы так упорно не желаете менять своего мнения? - Залесский глянул на него с удивлением, - вы же понимаете, что мне ничего не стоит убедить вас в обратном?
Илья зажмурился и шепнул:
- Убеждайте.
- Я давал вам две недели, у вас есть еще два дня. И на третий, я надеюсь, мы с вами договоримся окончательно.
Илья попробовал кивнуть, но за челку его держали крепко.
- Отпустите его, - велел Залесский лейтенанту и поднялся из-за стола, - я надеюсь, он кое-что понял.
