Вовремя мы оттуда свалили. Ещё полминуты, и я бы уже не выкрутился.
Стражники полчаса шныряли по коридору. Судя по звону ключей, повесили на дверь новый замок. Ко мне стучаться не стали. Видимо, решили, что беспокоить жителей посреди ночи — плохая идея.
Когда суета снаружи закончилась, я вернулся к беседе со своим необычным знакомым.
— Так, приятель, лежи смирно, — велел я. — Сейчас разберусь с твоими почками. Странно спрашивать это у кота, но… ты нужду сегодня справлял?
— Ага, — буркнул он. — Кровью мочился.
Значит, травма почек даже сильнее, чем мне показалось на первый взгляд. За один раз я их не залечу. Иначе мне запаса маны даже на завтрашний день не хватит. А мне ещё работать и работать. Плюс ко всему, впереди очередное дежурство в стационаре.
Я частично восстановил почки, срастил повреждённые сосуды и на этом пока что остановился. Органы у всех млекопитающих схожи. Нет никакой разницы, кого лечить — человека или зверя.
— Как тебя звать? — открыв холодильник, произнёс я.
— А ко мне уже пять лет никто по имени не обращался, — ответил кот. — Бабуська звала меня Мотом или Мотиком.
— Странное имя для кота, — подметил я.
— Это — сокращение от Бегемота, — заявил он.
— Я даже не уверен, хочется ли мне знать, с какого перепугу колдунья дала тебе такое имя, — усмехнулся я.
— Ничего странного в этом не вижу, — промурчал Мот. — Я практически в любое млекопитающее могу превратиться. Только в бегемота не получается. А я уже давно пытаюсь.
— Давай только не в моей квартире! — попросил я. — Молоко будешь?
— А есть что покрепче? — с надеждой спросил Мот.
— Покрепче только кефир.
— Тьфу, — фыркнул он. — Ладно, давай молоко! А ты, кстати, хорошо тут устроился. У тебя поуютнее, чем в соседней квартире.
— А ты обустраиваться пока что не спеши, — поставив рядом с ним миску с молоком, произнёс я. — Не забывай про договор. Я тебе еду и лечение, а ты мне ответную услугу.
— А чего ты от меня хочешь? Мышей тут нет. Я проверял.
— Я хочу, чтобы ты следил за мной и за моей квартирой со стороны, — произнёс я. — В опасности тут не только ты, Мот. За мной тоже охотятся.
— Тоже почки хотят отбить?
— Хуже, — ответил я. — У меня много врагов. И почти каждый из них желает мне смерти.
— Странный вы народ, люди, — вылизывая чашку, пробурчал Мот. — Каждый раз, когда я вижу человека с хорошей аурой, ему всегда кто-нибудь хочет навредить. Правильно говорят — жизнь забирает лучших!
— Если не хочешь лишиться бесконечных запасов молока и крыши над головой — работай на меня, — посоветовал ему я. — Пока я жив, тебя никто не тронет.
— Убедил, хозяин. Предложение слишком соблазнительное, чтобы от него отказываться. Только предупреждаю сразу — кастрировать себя не дам. У меня тут что-то наклёвывается с кошкой из соседнего дома.
— Смотри только себе подобных тут не расплоди, — попросил я. — Если императорский двор заполонят говорящие коты-оборотни, я тебя уже прикрывать не смогу.
— Не переживай, хозяин. Опыт показывает, что свой род я продолжить не могу, — заявил он, а затем мечтательно протянул: — Может, ситуация изменится, когда я всё-таки смогу стать бегемотом…
— Ах да, и ещё одно условие! Никаких экспериментов с превращениями без моего ведома. Судя по грохоту, который раздавался в соседней квартире, ты там в медведя превращался.
— Не в медведя, а в леопарда. И долго я протянуть в такой форме не смог. Всё-таки слабоват я ещё для таких трюков, — заявил Мот и свернулся калачиком около моей кровати.
Ну дела… Пришёл союзничек, откуда не ждали. Могу я ему доверять или нет — время покажет. Кошки — создания вероломные.
Но упускать возможность заручиться поддержкой такого юркого создания мне не хочется. Судя по всему, кроме еды, кошек и превращения в бегемота его мало что беспокоит. Всё, кроме последнего пункта я ему устроить могу.
Зато в следующий раз, когда Аристарх Биркин или кто-то из наёмных убийц попытается подобраться ко мне со спины, я узнаю об этом ещё до начала атаки. Кто станет подозревать в чёрном коте моего шпиона?
— Как это — квартиру взломали⁈ — воскликнул Владимир Коршунов, когда его подчинённые доложили ему о произошедшем в жилых помещениях. — Случайно не ту самую, на которую жаловался Булгаков?
— Да, именно её мы и осматривали несколько дней назад, командир, — отчитался стражник. — Сегодня соседи снизу пожаловались, что у них потолок трясся. Вот мы и отправились на проверку. А там дверь сломана.
— И кому же, интересно, понадобилось её взламывать, если внутри ничего нет… — задумался Коршунов. — Кстати, что на эту тему сказал сам Булгаков?
— Так мы… — замялся стражник. — Мы не стали к нему стучаться. Всё-таки ночь уже на дворе.
— Да вы чего? Совсем сдурели? — оторопел Коршунов. — Булгакова нужно было опросить в первую очередь. На том этаже больше никто не живёт. Может, это он квартиру и взломал!
Да… Точно!
Коршунов давно подозревает, что Павел Андреевич неспроста появился при дворе императора. Сначала его попытались убить, затем Булгаков вмешался в ход турнира.
