Хромой, все это время поглядывавший по сторонам, искал выход. Но, заметив, как в него упер тяжелый взгляд второй стражник, со злостью покосился на парня и произнес:
— Витька это. Шестерка наша, — произнес он и улыбнулся желтым рядом редких зубов парню.
— Я их не знаю, — тут же набычился парень. — Федором меня зовут!
— Заткнулись оба! — рыкнул на них главный стражник. — Семен Гаврилович, мы их придержим пока, а в управе уже разберемся…
— Этих двоих забирай, — отодвинул от себя руку стражника мужчина. — А мальчишку заберу я.
— Так, а это…
— Это его, — спокойно ответил он.
— А как тогда… — начал было усатый стражник.
— Кулон отдай. Насколько я помню — это кулон его матери. Так? — глянул он на Горта.
— Так, а вы откуда… — начал было парень, но незнакомец отвернулся и направился к поезду, на ходу бросив: «Догоняй!»
Федор тут же схватил кулон с руки растерявшегося стражника и припустил за спасителем.
— Извините, а вы откуда мать мою знаете? — спросил он пристроившись рядом.
Мужчина остановился и взглянул на парня.
— Стой, сука!
Федор и Семен Гаврилович одновременно взглянули в сторону стражи и двух уголовников. Сиплый уже лежал лицом в каменную плитку, прижатый ногой Самойлова. Хромого же отхаживал дубинкой сам главный стражник города.
— Скажем так, мы пересекались, и я видел этот кулон, — спокойно произнес он и продолжил идти к вагону, у самого поезда.
— А вы… вы тогда и отца моего знаете?
— Никодима Горта? Естественно. Было бы подозрительно пересекаться с твоей матерью, но не быть знакомым с ее мужем.
Федор нахмурился, секунд десять молча шел рядом, после чего спросил:
— А как ваша фамилия?
Семен Гаврилович снова остановился и еще раз оглядел парнишку.
— То есть ты хочешь сказать, что не знаешь, кто я?
— Нет, — спокойно ответил Федор и тут же нахмурился, еще раз оглядев дорогой фрак и начищенные до зеркального блеска ботинки.
— Как называется наш уезд? — спросил наконец мужчина.
— Так… Нижнеземский.
— А единственный и крупнейший землевладелец в этих землях…?
— Кузнецовы, — ответил Федор, уже ощущая подвох, но не понимая, в чем он.
— А глава рода Кузнецовых…?
— Так… это… Семен, — тут до парня все же дошло, и он втянул голову в плечи, закончив: — Семен Гаврилович.
Мужчина тяжело вздохнул и обреченно произнес:
— Во что превратилась наша молодежь? Как можно не знать, как выглядит хозяин земли, на которой ты живешь? Кстати, что ты тут делаешь?
— Да, мне как бы… В столицу надо, — осторожно ответил парень. — Только денег нет на билет, да и…
— Пошли, потеряное поколение, — со вздохом произнес глава семьи Кузнецовых.
— Константин, Светлана, — вошел в купе глава семьи Кузнецовых. — Вам было скучно — прошу.
Мужчина сдвинулся и сделал приглашающий жест для Федора. Парень растерянно глянул на сидевших у столика, затем на мужчину и сделал шаг вперед.
— Ваше сиятельство… — осторожно произнес Федор.
— Думаю, мы не при дворе, да и свидетелей тут нет, поэтому можно просто по имени отчеству, — пожал плечами Семен Гаврилович и указал на парня. — Мой сын — Константин Семенович Кузнецов, а это моя дочь — Светлана Семеновна Кузнецова.
— О… очень приятно, — растерянно произнес Федор, рассматривая красивую и ухоженную девушку.
— Ну, а это сын первого, после нашей семьи, разумеется, землевладельца в нашем уезде — Федор Никодимович Горт.
Девушка хмыкнула, а парень едва заметно кивнул Федору. Тот немного растерянно взглянул на Семена Гавриловича, который указал ему на место рядом с сыном.
— Присаживайся.
Федор осторожно присел и хмуро глянул на Константина. Тот всем своим видом показывал, что ему тоже не особо-то интересно.
— Итак, по поезду не шастать, сидеть здесь до отправления, — скомандовал Семен Гаврилович и вышел в коридор.
Горт шмыгнул носом и взглянул на Светлану.
Ухоженные русые волосы, платье и острый взгляд, которого он не выдержал и принялся рассматривать свои пожитки.
— Федор, — обратилась к нему девушка. — Чем занимается ваш отец? Какие дела ведет?
— Ну, это… Поля у нас, скотина разная.
— Вы фермеры, так? — с легким интересом поинтересовалась девушка. — Я слышала, что трактора для вас слишком дорогие.
Федор нахмурился и поднял взгляд на девушку.
— Если хорошо работаешь, то не так уж и дорого. Не купеческий куш, но тоже неплохо. А трактора много работы на себя берут, поэтому и успеваешь больше. Ну, и если земли не так много, чтобы в усмерть упахаться, то можно и соседям подсобить, — пожал плечами Горт. — Трактора хороши. И вспахать, и посеять. И скосить и если есть приблуда особая, сено собрать. И денег у фермера, если работает хорошо, на это дело хватит.
— А у вас есть трактор? — приподняла одну бровь девушка.
— Ну, как… — Федор вздохнул. — Нету.
— Почему не купите? — с легкой усмешкой спросил Константин.
— Отец на дух магии не переносит, — неохотно ответил Горт и снова опустил взгляд на мешок с пожитками, словно он в этом виноват. — Ни тракторов, ни другой магии. У нас даже свет в доме или лампа масляная, или керосинка какая.
Светлана удивленно подняла брови и глянула на брата.
— Помнишь Стоцкого? У него от креветок лицо опухает, словно воздухом шар надули. Может…
