Управление транспортным средством опасно также во время употребления транквилизаторов. Элениум, седуксен, триоксазин, тазепам, мепротан и др. снижают психическое (эмоциональное) напряжение, уменьшают чувство неуверенности и возбуждение, уравновешивают настроение, но в то же время значительно замедляют реакции, расслабляют мышцы и делают человека безразличным к окружающему. Более крупные дозы могут вызвать сонливость и расстройства координации. Медики США, ФРГ и ГДР в списке лекарств, способствующих возникновению дорожно-транспортных происшествий, на первое место всегда ставят транквилизаторы. Неблагоприятные, с точки зрения участника движения (в том числе и пешехода), явления проходят в течение 1-21 дней после прекращения приема лекарства.
Против аллергических, а также многих других заболеваний, с целью изменения реактивности организма, применяют димедрол, пипольфен, супрастин, этизин и др. противогистаминные препараты. Эти лекарства успокаивают, усыпляют и иногда вызывают общее чувство слабости. В некоторых случаях принятая днем таблетка димедрола вызывает настолько сильную потребность во сне, что бороться с этим почти невозможно. В других случаях действие принятой даже вечером таблетки может продолжаться до обеда следующего дня. Опасность упомянутых медикаментов для водителя транспортного средства должна быть вполне очевидной.
Для снижения повышенного давления при гипертонической болезни и других заболеваниях врачи часто назначают лечебные вещества, действующие успокаивающе (даже усыпляюще), нормализующие физиологические процессы, протекающие в мозгу, и таким образом деятельность нервных центров, регулирующих кровообращение. Распространены препараты, содержащие алкалоиды Rauwolfia (резерпин, раувазин, раупин и др.), под воздействием которых замедляются передача и скорость распространения нервных импульсов и значительно продлевается время от восприятия сигнала до проведения соответствующего приема управления. Поскольку для снижения кровяного давления употребляются также транквилизаторы и даже снотворные, то в собственных интересах и в интересах других участников движения следует быть осторожным вдвойне. В период лечения высокого кровяного явления не рекомендуется управлять транспортными средствами.
Существует еще много лекарств, воздействие которых может стать первопричиной дорожно-транспортного происшествия, но их применяют обычно в тех случаях, когда человек уже сам, вследствие снижения трудоспособности или нетрудоспособности, отказывается садиться за руль. Изредка могут возникать чрезвычайные положения. Например, страдающий сахарным диабетом водитель перед поездкой случайно введет себе инсулина более обычного, и во время езды содержание сахара в крови неожиданно упадет ниже критического уровня, в результате чего водитель может потерять сознание. Но такие случаи, конечно, редки.
Нельзя установить правила употребления или неупотребления тех или иных лекарств водителем, ибо в случае болезни нельзя их запретить. Врач, выписывающий рецепт, безусловно, предупреждает водителя, но предупреждение опасности движения все же остается на совести самого водителя. И очень плохо, если его совесть спит.
Ни одна наука, в том числе и медицина, не может достичь абсолютного совершенства, ибо всегда еще есть что исследовать и выяснять. С развитием науки возникает все больше и больше вопросов, занимающих умы людей. Пока на них ответов нет, подле наук, как тень, живет псевдонаука. Особенно это касается медицины.
История научной медицины одновременно является историей борьбы против оккультизма, дилетантства, знахарства и шарлатанства. В каждую эпоху эти явления имели свое лицо, они "развивались" вместе с медициной, но их сущность не менялась. В большинстве случаев это вера (или суеверие) в то, что существуют таинственные силы природы, которые подвластны только избранным. Так, испокон века и до сих пор снова и снова возникают "теории" и "способы" лечения, не выносящие, однако, научного анализа и критики.
Часть таких теоретиков не пытаются на практике применять свои "открытия", а навязывают их медицинским учреждениям, службам здавоохранения, редакциям научных и иных изданий. Авторы подобных произведений, иногда довольно объемистых, убеждены в небывалой новизне своих мыслей и чрезвычайной полезности их реализации. Речь идет не о душевнобольных, а о людях вполне нормальных, иногда даже с высшим образованием и компетентных в своей специальности, но почему-то решивших вторгнуться в чужую область.
