Дож послушно пошел выполнять приказ. Ругаться он не перестал, только матерился про себя, чтобы не раздражать капитана. Корабли поставили на якоря в сотне шагов от берега, команда наскоро поужинала остатками обеда и отошла ко сну. На каждом корабле остались бодрствовать по три человека, которым корабельный маг Грея подарил на эту ночь кошачье зрение. Подарок оказался хреновым, потому что и с ним вахтенные почти ничего не видели. Не увидели они и того, как из леса вышли несколько мужчин, которые подошли к берегу, быстро сбросили свою сшитую из звериных шкур одежду и без всплеска ушли в воду. Двигаясь на манер лягушек и не производя ни малейшего шума, лесовики доплыли до кораблей и так же бесшумно поднялись из воды к бортам кораблей по якорным канатам. С густо смазанных жиром тел не скатилось ни капли воды. Захрипев, схватился руками за перерезанное горло один из вахтенных, с сухим щелчком сломалась шея второго. Третий успел что–то почувствовать, но ни обернуться, ни даже крикнуть у него не получилось. Через несколько минут вахты на всех трех кораблях были уничтожены, и пришельцы принялись за команды. Не всех моряков удалось убить во сне, кое–кто проснулся и попытался оказать сопротивление. Поднявшийся шум разбудил корабельного мага. Он проснулся вовремя, чтобы увидеть, как кто–то снаружи приподнял задвижку кончиком кинжала. Приказав ему умереть, маг открыл дверь и переступил через голое тело. К нему метнулся еще один лесовик, но и он мертвым упал на палубу. Мага подвела самоуверенность, свойственная тем, кто считает себя выше других. Не прячась и даже не достав оружие, он сделал несколько шагов в сторону капитанской каюты и упал, не успев осознать того, что его убили. Яд полосатого варана из здешних лесов, которым был смазан кончик торчащей из его шеи иглы, убивал мгновенно. Но и его убийца тоже отвлекся, за что и поплатился. Щелкнула тетива арбалета, и он выронил духовую трубку и рухнул навзничь с пробитым лбом. Капитан Грей опустил разряженный арбалет и осмотрелся. Повсюду лежали мертвые тела, а на стоящей в полусотне шагов «Деве моря» слышались жуткие крики и мелькали чьи–то белые фигуры. Капитан зарядил арбалет, прицелился в одну из них и нажал на спуск. Слабый крик и звук падения тела показали, что он не промахнулся. Сначала с одного, а потом и с другого корабля в воду бросились несколько человек, и наступила тишина, нарушаемая лишь слабым плеском волн и криком какой–то птицы. До самого утра Грей просидел, сжимая заряженный арбалет, но больше гостей не было. Утром он начал осматривать тела, освобождать их от всего, что посчитал ценным, и сбрасывать в воду. Очистив палубу, он спустился в матросский кубрик, откуда вынес и бросил за борт три десятка тел своих матросов и тела двух лесовиков. Второй кубрик на его корабле пустовал. Император не поскупился, и магу Грея выдали достаточно духов воздуха, чтобы в оба конца идти под парусом и не брать полную гребную команду. Так же было и на других судах. Сделано это было в целях экономии провианта. Почему–то маги не могли ставить врата на корабли, хотя на суше это у них не вызывало никаких трудностей. Очистив свой корабль, он сел и задумался. О том, чтобы управлять кораблем в одиночку, не могло быть и речи, да и бутыли с духами воздуха были для него теперь бесполезными. Как и любой капитан империи, он обладал кое–какими магическими способностями, но пытаться управлять стихийным духом для него было равносильно самоубийству. Раздавшийся со стороны камбуза шум заставил вскочить и схватиться за оружие. Оказалось, что корабельный кок вчера вечером заснул на камбузе и счастливо избежал общей участи. Послав ошарашенного страшным известием парня обратно на камбуз приготовить им двоим завтрак, Грей вздохнул и пошел в свою каюту к прибору связи. Прибор был магическим, но использовал накопитель, поэтому капитан мог им пользоваться. Впереди был нелегкий разговор с министром флота или даже с самим императором, и нужно было очень хорошо подумать, что им сказать, чтобы своими словами не подписать себе смертный приговор.
— Ты должен нам объяснить, почему мы потеряли Тибран! — требовательно заявил старейшина клана зебов Рох деш Таргой. — И как могло случиться, что при этом погиб Дорос?
— Должен? — поднял брови Кард деш Кардек.
— Да, должен! Ты вождь!
— Как хорошо, что хоть кто–то из вас об этом вспомнил, — усмехнулся Кард деш Кардек, — а то у меня создалось впечатление, что вы все об этом дружно забыли!
Все старейшины рахо, кроме двух, сидели в зале Совета во дворце вождя, собранные им по случаю войны с империей.
— Может быть, вы перестанете препираться, и нам расскажут, что же все–таки случилось в Тибране? — спокойно спросил старейшина клана дорсов Зен деш Сантой.
— Расскажи! — обратился вождь к своему Первому воину. — Карс там был и принимал участие в сражении.
— И выжил, когда все остальные погибли! — опять вскинулся Рох деш Таргой. — Почему?
