За первым поцелуем последовал другой, потом еще… Аниш подхватил ее на руки, уже почти ничего не соображающую, и понес в спальню. Как они торопливо освобождались от одежды, она не запомнила, а то, что было дальше, запомнилось только фрагментами в паузах между взрывами наслаждения, до которых ее несколько раз доводил Аниш.
— Я тебя сегодня никуда не пущу! — сказал счастливый король. — Дела подождут. А завтра же объявим и нашей свадьбе, и через пару дней ее отпразднуем.
— Ага, — сказала она. — У меня в спальне на кровати лежит вот такая ящерица, которую нужно скоро кормить. А не покормлю вовремя, она и сюда заявиться. Ой! Малыш!
Упавший между ней и королем Арус требовательно открыл рот и запищал.
— Это и есть тот самый Зверь, о котором по всему городу ходят слухи? Твои слуги разболтали, что ты откуда-то притащила яйцо Зверя и будто бы запираешься с ним в одной комнате и высиживаешь. А их заставляешь туда таскать горячий песок, чтобы было теплее.
— Выгоню всех к чертовой матери, — пообещала Ира. — И найму других. Это не Зверь, а специально выведенное для магов существо, которое может собирать и отдавать им силу. С ним я буду в десять раз сильнее. И оно меня любит.
— Ты его, по-моему, тоже! — засмеялся Аниш. — Тискаешь, как родного ребенка. А почему ты не доверяешь его кормить слугам?
— А он берет корм только из моих рук. Давай, я все-таки схожу его покормлю, а на ночь вернусь.
— Обещаешь?
— Обещаю. Аниш, не надо пока целоваться, а то я не смогу уйти, а Малыш нас всех поколет! Он, знаешь, какой колючий?
— А сколько сопротивлялась!
— Потому, что дура. Канцлер правильно сказал.
— Когда он тебе такое говорил?
— Да был у нас с ним недавно разговор. Он мне все объяснял, как ты меня любишь, и какую я делаю ошибку, мучая тебя и сопротивляясь зову собственной природы.
— А ты сопротивлялась? Ну и зря. А канцлер — это чудесный старик. Он мне вообще за отца был, мой-то отец мною не больно-то интересовался.
Время до свадьбы пролетело незаметно. Все свое время Ирине теперь пришлось делить между женихом, Арусом и всем остальным. Страшила не появлялся и на зов не отвечал, а от всей текучки ее освободили помощники, которым Ира постепенно передавала многие из тех дел, которые раньше тянула сама. Единственное, чем она сейчас занималась, это учебой самих помощников, делая их день ото дня все сильнее и искуснее. Из замка вышел на связь Март, который передал, что ремонт и вооружение замка полностью закончены и требуется ее присутствие, чтобы принять работу. И что ее, вообще, хотели видеть на Земле по самым разным вопросам. Ира объяснила ему ситуацию и попросила всем передать, чтобы подождали несколько дней.
Сама свадьба запомнилась плохо. Она отсидела в новом парадном платье с королевским гербом полдня в большом трапезном зале, принимая кучу поздравлений от самых разных людей, две трети которых не знала и не запомнила. А потом началась пьянка, и они с Анишом ушли. Народу никто никаких угощений не выставлял, и горожане гуляли в харчевнях и кабаках за свой счет.
А наутро она проснулась уже королевой. Аниш еще спал, а она лежала и смотрела на мужчину, который стал ее мужем и не могла понять, как так могло получиться, что совершенно чужой человек, к которому она раньше ничего кроме сочувствия не испытывала, мог сразу стать ей родным и близким. Видимо, он что-то почувствовал, потому что открыл глаза, счастливо улыбнулся и притянул ее к себе. И все мысли на время выдуло из головы. А потом появились проблемы, мелкие, но неприятные.
— Я, конечно, понимаю, что твои костюмы удобнее платьев, — говорил муж. — И ты к ним привыкла. Но все-таки это наряд не слишком подходящий для королевы.
