— Трудно сказать. Когда отойдут от изумления, тогда будет видно. Я сам до сих пор под впечатлением. Замечательные инструменты, стекло, которое будет получше, чем в королевском дворце, и железные гвозди! О досках я уже не говорю. На днях в каждую из семи деревень завезут муку, а больше им пока ничего не нужно.
— Ты сегодня не сильно устал?
— Нет, а что?
— Сможешь завтра вместо меня сходить на Королевскую площадь, отправить сенгальцев? Спасибо. Только не давай садиться себе на шею. Пусть собираются в крупные группы, а не по двадцать- тридцать человек.
— Хорошо, не дам. Расскажи, чем занималась ты?
— Тебе сначала похвастаться, а потом начинать плакаться, или наоборот?
— Можешь совместить. Март сказал, что ты у него забрала посла. Ты с ним уже говорила?
— У нас с ним получился очень интересный разговор, но еще более интересный будет, когда он вернется из империи с конкретными предложениями. Ты не в курсе, какие результаты проверки Мартом моих дружинников?
— Все нормально, нет у них никаких закладок. Я после Марта тоже проверил. Оба уже отправлены к Сантору. Кроме посла было что-нибудь интересное?
— Про то, что Саш все-таки выпотрошил третий караван и притащил в столицу, по словам канцлера, половину Сенгала, знаешь? Тогда буду говорить только о себе. Можешь меня поздравить: с сегодняшнего дня я богиня кочевников, и мое слово для них закон.
— Хочешь бросить их на рахо? — спросил Лаш, выслушав рассказ девушки.
— Куда их бросить, мы еще посмотрим. Главное, что в нашу сторону они отныне будут смотреть почтительно, а мы приобрели неслабое войско и пару десятков сильных магов. Надо будет подкрепить свою божественность тем, что подбросить им продовольствие, чтобы до весны не перемерли.
— А откуда возьмешь столько продовольствия?
— Это как раз не проблема. Саш не только барахло захватил. Там треть грузов это как раз продовольствие. Так что поделимся с ними тем, что они сами награбили.
— Посланник Сандера не просил его принять?
— Ты знаешь, нет. Да и сам Сандер должен был бы давно уже прийти в норму, и амулет связи у него есть, но пока нет желания со мной общаться. Ну и ладно, я тем более навязываться не стану, и без них забот хватает. Мы им и так достаточно помогли. Единственно, как немного раскручусь, навещу одну маркизу. Очень уж она запала в сердце нашему Альберу. У них здесь был такой роман…
— Это Гальмин, что ли? Так он же даже не дворянин.
— Ну маркизе, насколько я помню, на эту мелочь было плевать. И уходила она от нас в растрепанных чувствах. А дворянство я ему вчера дала. Теперь он у нас шевалье. Так вот, у этой маркизы есть или по крайней мере был влиятельный муж, так что с ним можно будет мило побеседовать.
— Ты с ним собираешься мило беседовать до того, как уведешь его жену или после?
— Насколько я знаю, их брак носил чисто политический характер, а как женщина она ему была не нужна. Мы ведь захватили ее в веселом доме, куда она время от времени бегала от безысходности. Я полагаю, что замок отца Амали разрушили воины Урная, поэтому вряд ли кто-нибудь из ее семьи остался в живых. Может быть, ее муж мне еще и спасибо скажет. Послушай, Лаш…
— Что замолчала-то?
— Думаю. Мне не нравится то, как мне приходится работать. Все время в спешке, почти все решения приходится принимать на ходу. Слишком мало людей, на которых можно опереться, кому можно доверить самостоятельно делать что-то такое, где нужно самому принимать решения. Последнее время такие люди начали появляться, но их все еще слишком мало. А дел, наоборот, становится все больше. Сейчас еще империя добавится, даже две. Людей канцлера мне уже не хватает, а своих раз, два и обчелся. Я многих вещей не могу брать на Земле только из-за того, что нет людей, которые могли бы с этим работать. А это сильно сужает наши возможности. Я и сама ведь недоучка и многого не знаю, поэтому приходится больше полагаться на магию.
— Раз ты об этом думала, значит, какие-то мысли у тебя уже есть. Или нет?
— Мысли появились, но надо посоветоваться с тобой и с канцлером. В разговоре со мной посол императора обмолвился о том, что у них есть заклинание для изучения языка. Они и одного моего дружинника у себя задержали не столько для его лечения, сколько для того, чтобы изучить язык. Я сразу же намекнула, что и сама бы не отказалась учить людей языку таким способом.
— И что он на твой намек ответил?
— Да то же, что уже несколько раз говорила ему я. Если будем дружить, то…
— Полезное заклинание, но я не совсем понимаю, как оно тебе поможет решить вопрос с людьми? Ну подготовишь ты их для посольств на Земле, а дальше?
— Дальше можно ограниченно использовать моих соотечественников. Причем делать это не на государственном уровне.
— И тебе это позволят?
— Если с одной стороны на них надавить, а с другой — пойти на уступки, то позволят. Деваться им особенно некуда: кроме них теперь ведь есть и американцы.
— И в чем ты готова уступить, в золоте?
