А госпитальер с ужасом начинал осознавать суть замысла этого существа, которое когда-то называлось человеком, и ужас от этого осознания затмевал ощущение безысходности своего положения...
Сомов ощущал, что погибает... Ощущал явственно, что тонет, и нет сил сопротивляться. Он не мог спасти себя. Не мог спасти восемнадцать миллионов человек на этой планете.
Он не мог ничего!
Во всяком случае сперва он думал именно так. А потом мозаика начала складываться в голове... И вдруг часть его личности, будто давно ожидая это, заняло предназначенное ей место в чужой головоломке. В чудовищной головоломке, основой которой служил пресловутый двенадцатиугольник.
И в госпитальере тонкой струной зазвенела радость освобождения. И лед рассыпался. И в лицо ударил теплый ветерок. Все встало на свои места. Он разогнулся, повел плечами, сбрасывая сковавший его панцирь бездвижия и бесполезности.
"Снежный король" вдруг встревожился.
Из реактора вытекал теперь не мерцающий сиреневый свет, а кусок непроглядной тьмы, который, подобно выпущенному из пыльной старинной лампы джинну, сначала неуверенно, но все более сноровисто ощупывал окружающее. Щупальце мрака устремилось к протянутой руке "снежного короля", воссоединилось с ним, и человеческая фигура стала темнеть, вскоре превратившись в плоский силуэт на фоне идущего вразнос субатомного реактора.
- Ты не сможешь! - воскликнул Сомов.
"Снежный король" опять повернулся к нему. Сейчас он представлял из себя кусок тьмы, вставленный в окружающую действительность. Но были видны мерцающие голубым глаза. И в этих глазах сейчас светилось недоумение и опасение.
- Ты... - он не закончил.
- Да, - кивнул Сомов. - Ты не сможешь ничего... Я... Мы не позволим...
Госпитальер ощущал, как со всех сторон в него хлынула светлая сила, разбивающая лед вокруг. В это силе была теплая энергия земли. И тьма, тянущаяся от реактора, вдруг начала отступать.
И Двенадцатый снова обрел вещественность существа из этого мира.
А потом послышался крик, полный безумной, страшной, непередаваемой ярости.
И "Снежный король" рванулся к госпитальеру.
Он двигался быстро. Не так быстро, как его "растопленные", но тоже невероятно быстро. Сомов понял, что это порождение ночных кошмаров сейчас разорвет его.
Но возникло еще движение - это Филатов, пришедший в себя, вскочил на ноги, столкнулся со "Снежным королем". Тот отлетел в сторону, упал и пружинно поднялся.
Филатов прыгнул вперед, туда, где лежал оброненный им пистолет. Двенадцатый тоже прыгнул. И тела переплелись отчаянном порыве уничтожить друг друга...
Это был удивительный бой! Глаз госпитальера едва успевал улавливать движения. Филатов был мастером синтетикбоя "Ту-чэй", и мог разделать под орех подавляющее большинство человеческих жителей Галактики. Но "Снежный король" уже не был человеком. И имел дьявольскую ловкость и подвижность. Сейчас его ментальная сила была заблокирована каким-то посторонним воздействием, но само измененное тело служило оружием.
Тела расплелись. Противники снова оказались на ногах. А отброшенный пистолет полетел вниз с площадки, замедляя падение и устремляясь неторопливо в путешествие по круговой орбите вокруг реактора.
Сейчас "Снежный король" уже не был сгустком тьмы. Он вновь обрел реальный облик. Но это ничего не меняло. Он собрался и в нем была убийственная угроза. И госпитальер понял, что Филатову не выдержать напор противника. Сейчас Двенадцатый уничтожит его...
И тут Сомов запоздало вспомнил о своем оружии. Достаточно неуклюже вытянул из кобуры пистолет. И нажал на спусковой крючок.
Было отлично видно, как пули ложатся в грудь этого непостижимого существа. Там, куда они попадали, вспыхивали фонтаны желтого света и тут же затухали. От ударов пуль Двенадцатый дергался и отступал. Споткнулся. Упал.
А потом снова очутился на ногах и, набирая скорость, не обращая внимания на удары пуль, рванулся вперед. Госпитальер ощутил страшнейший удар. Пистолет из рук выдернула несокрушимая сила, послышался отвратительный хруст ломающихся пальцев. Но боли он не почувствовал. Просто рука в миг стала чужая, так же как и правый бок. Он увидел, как пол неожиданно приблизился и ударил его по лицу.
Разведчик тем временем прыжком преодолел разделявшее его с противником расстояние. Тяжелые ботинки ударили в спину "Снежного короля". Чудовище пролетело несколько метров и упало.
- Уходи! - крикнул Сомов, с трудом приподнимаясь и ощущая, что тело слушается плохо. - Ты еще успеешь!
"Снежный король", снова стоящий на ногах и глядящий на своих врагов, обернулся и увидел, как сгусток тьмы втягивается в яйцо реактора.
Теперь из его груди лился не свет, а кровь. Пара десятков пуль, которые вошли в тело, видимо, были для этого существа вовсе не смертельными.
Разведчик покачивался, его лицо было разбито, рука повисла плетью, страшная рана кровоточила на предплечье. Драка далась ему нелегко. И он ждал, готовясь принять смерть, когда противник в последний раз ринется на него. Он отлично понимал, что сейчас "Снежный король" добьет их.
Но в Двенадцатом что-то надломилось. Его лицо исказила растерянность.
